Работа шла, мужики вспотели от макушек до пяток, и это при том, что утро еще не перевалило за середину. Последние камни улеглись в корзину, веревку натянули, и наконец пришла пора проверить. Клинья вытащили, противовес пошел вниз, веревка натянулась и ровно потянула решетку наверх. Бревна нехотя поползли по пазам, шипы вышли из земли, и ворота встали на место с деревянным стуком.
— Фух, умаялся… — выдохнул кто-то внизу и сел прямо на землю, привалившись спиной к стене.
— Да, надо было этого заставить, чего это мы сами полезли?
— Так староста велел, вот и полезли, — вздохнул другой и вытер ладони о штаны. — Хотя по уму, согласен, кто зассал, тот пусть камни и таскает.
— Неблагодарные! — Клавус уперся кулаками в бока и набрал побольше воздуха. — Моя работа нести дозор и защищать вас! И вообще, если так хотите, то в следующий раз пусть монстры врываются в деревню, а я буду медленно опускать ворота! Вот и всё!
Он скрестил руки и демонстративно отвернулся к лесу. И в ту же секунду замер, будто его прибили к перемычке гвоздями.
— Вра-а-аг! — заорал он не своим голосом и ткнул рукой куда-то на северо-восток. — Войско! Тревога!
Цинь! Топор опустился на новую веревку, решетка грохнулась вниз и врезалась в бетон, выбив облачко серой пыли, а на перемычке и внизу воцарилась тишина, от которой у Клавуса медленно побелели уши.
— Эх… — обронил кто-то на башне и некоторое время молчал, разглядывая горизонт из-под ладони. — Мужики, позовите старосту. Там войско под знаменем лорда Рагдара, наши идут, встретить бы надо. А этот дебил пусть идет и камни таскает.
Глава 3
Решетка не поднималась, и с этим приходилось только мириться, больше ничего не остается.
Кральд заложил ладони за спину и постарался придать лицу суровое выражение, хотя улыбка так и норовила прорваться наружу. На перемычке, привалившись к парапету, стояли трое его гвардейцев, и все трое живы и здоровы, и от этого зрелища внутри разливалось нечто среднее между облегчением и желанием немедленно заорать. Но пока держался, всё-таки помощник лорда, а помощнику лорда полагается сохранять достоинство, даже если это достоинство трещит по швам.
По ту сторону решетки терпеливо ждал староста в окружении нескольких охотников. Терпеливо ждал и Кральд, но терпение уже начинало подходить к концу.
Слово «охренеть» его люди повторили за последний час раз по сто, и ни одно не прозвучало впустую. Да и чего темнить, он сам это слово произнес уже не раз, по-другому всё равно не выразишься.
Первое прилетело, когда сзади подкрались мужики с вязанками прутков, и это ладно, нормально, там правда неожиданно получилось. Когда ты две недели шляешься по вымершим землям, откуда люди либо сбежали, либо не успели, встретить живых работяг с поклажей без лишних эмоций не выходит.






