ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тамара насолила слишком многим сильным мира сего, и теперь ее жизнь не стоит и ломаного гроша. К тому же она завладела чужим наследством, и за это ей тоже придется ответить. Теперь за Тамарой охотятся воры и ФСБ. Спасти ее может только тот, для кого она дороже жизни.

Борис Седов Наследница ПРОЛОГ ВИКТОРИЯ ЭНГЛЕР 19 сентября 1999г. А почему вы со своими подозрениями не обратились в правоохранительные органы? — Что рано или поздно на вас, как и на отца, должны совершить покушение. — Я презрительно ухмыляюсь и безнадежно машу рукой. Судите сами, как бы на меня посмотрели в этих правоохранительных органах, приди я к ним и заяви: меня хотят укокошить. Вы что, получали какие-нибудь угрозы? Просто у меня есть подозрения. Впервые за два дня важняк из горпрокуратуры изображает на физиономии некое подобие улыбки. Намучился, бедный, со мной и Тамарой, пытаясь выдоить из нас хоть капельку информации, которую можно было бы подшить в дело.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Как ни в чем не бывало, выпросил денег «на представительские расходы» и, в свою очередь, принялся собираться в Грецию.

— Съезжу, проведу рекогносцировку, как там твой Монучар. Вернусь через месяц.

«Конечно, рекогносцировка — только прикрытие, — решила я, выписывая Олегу чек на пятьдесят тысяч баксов. — Едет шляться по греческим шлюхам. Пес с ним, пускай немного оттянется. Ведь я тоже отправляюсь не в паломническую поездку по монастырям».

В тот день я смирилась с фактом, на который последнее время старательно старалась закрыть глаза: безумная любовь к Гепатиту, что была еще полгода назад, испарилась без следа. Олег стал мне безразличен, и пора всерьез подумать о том, как потактичнее избавиться от него.

И всерьез заняться симпатягой Эльмаром.

Еще в начале зимы, на следующий день после утверждения наследства, когда Олег с Пляцидевским свалили в Москву, а Эльмар остался у меня на выходные, этот горячий финский парень приперся ночью ко мне, и я не стала его выгонять. После чего с завидным постоянством получала от Ярвела-младшего приглашения хоть на денек, хоть на два заглянуть к нему на остров на озере Пяйенне. Я была совсем не против. Но постоянно что-то мешало. Или у меня в этот момент было перемирие с Гепатитом, или я собиралась в Норильск, или меня ждали в Москве. Иногда Эльмар приезжал в Питер, но это были сугубо деловые поездки. Финн так больше ни разу и не побывал у меня в гостях в Ольгино. И с удивительной настойчивостью все слал и слал приглашения. Вернее, ничего он не слал. Просто звонил: приезжай да приезжай, мы все тебя очень ждем — и Маркус, и Микка, и Мари, и Матильда.

Даже Матильда?

«Приезжай, Вик!»

И вот я наконец приехала.

И снова все обитатели старого дома на острове Ярвела собираются за длинным столом возле пылающего (несмотря на душные вечера) камина. И снова мы неторопливо катаемся на лошадках по чистому, как парк, сосновому бору, и за нами, вывалив язык, с трудом поспевает старая овчарка Матильда. Мы купаемся на любимом пляже Эльмара и блукаем на яхте среди многочисленных островков. Один раз я даже умудряюсь основательно посадить ее на песчаную мель.

А вот Маркус отгоняет от «Робинсона Клипера» корову и устраивается в кресле для пассажиров. Он инструктор. А я пилот. С дрожью в коленках, с ликованьем в душе приподнимаю вертолет над поляной. Я лечу! Лечу!!! И всё, что оставила внизу, кажется таким маленьким и ничтожным!

Только не Эльмар.

За месяц мы с ним успеваем облететь почти весь Скандинавский полуостров. Из заполярной Финляндии транзитом через Норвегию перебираемся в Швецию. И потом обратно в Финляндию. Я снова учусь.