— Всё равно, не теряй бдительности, — всякий раз произносила уже ставшую дежурной фразу Тамара. И всерьез задумывалась о том, а не уехать ли и ей в отпуск в Германию.
Она неуклюже попыталась изменить жизнь. Она перебралась на другую квартиру. Она зачем-то избавилась от Дениса.
Вот только избавиться от хандры не могла. Казалось, эта зараза въелась в сознание навечно. Дала метастазы по всему телу.
И теперь единственным способом лечения оставалась лишь мощная инъекция адреналина, инициированная основательной встряской.
Как долго Тамара ждала этого звонка из «Простоквашина» — ровно семь месяцев, день в день, с середины декабря до середины августа! И вот наконец…
— Тамара, у нас заваривается какая-то каша, — захлебываясь от возбуждения, кричала в трубку Ольга. — Вчера поздно вечером вернулся из отпуска Шлаин. Сегодня утром я заметила на территории тех двоих, что иногда приезжали к генеральному раньше. Кажется, Борщук и Розов?
— Да.
— В медицинском блоке весь день наводят порядок. А сейчас нас собрали и предупредили, что ожидается большая группа детишек.
— Когда? Завтра?
— Не знаю, — хрюкнула Ольга. — В ближайшее время…
«А это могла бы не добавлять».
— .. .Тамара, что-то готовится.
— Вижу. Вернее, слышу. Я тоже начинаю готовиться. А ты звони всякий раз, как отметишь хоть самое малое изменение ситуации. Всё. Отбой. — И Тамара сразу же набрала номер Дениса. Потом — Крупцова.
План нападения на «Простоквашино» был разработан совместно с ним еще в июне. Тогда Тамаре стоило огромных усилий убедить шефа охранного агентства не обращаться в милицию, а вершить правосудие своими силами. Убедила. И с помощью Вики выжала из Крупцова обещание в нужный момент оперативно выделить для налета на сиротский комплекс нескольких бойцов.
Похоже, такой момент наступил.
На следующий день Ольга позвонила не как было заведено, поздно вечером, а сразу же после обеда.
— Это я, — еле слышно прошептала она. Наверное, разговаривать в полный голос было небезопасно. — Сегодня утром к нам завезли двадцать детей. Все — от трех до пяти. Все из Средней Азии и с Кавказа. По-русски не говорит ни один. Алексей отобрал шестерых ребятишек, как сказал, на медосмотр. Продержал их у себя больше часа. Ему не понравилась одна девочка. Он говорит, что сегодня вечером отвезет ее Питер, в Рауфхуса.
— Рауфхуса, это чего?
— Детская больница.
— Я-а-асненько. Никакой детской больницы, конечно, не будет. Я-то надеялась, — вздохнула Тамара, — что у нас еще есть время. Оказалось, что нет. Всё начнется сегодняшней ночью… Я трублю общий сбор, — повернулась она к сидящему рядом Денису. — И сразу же отправляемся в Вырицу. Пора в этом триллере ставить жирную точку… Алло! Семен Леонидович? Это Тамара. Высылайте людей… Да, начинается… Мы с моим другом будем там раньше.






