Никита знает, где пересечемся… Замечательно! Едем!
К бою, Тамара Астафьева!
Они еле успели свернуть с шоссе на грунтовку, ведущую к «Простоквашину», как сразу же угодили с корабля на бал: навстречу им спокойно катил красный «Опель Вектра» главбуха «Доброго дела».
— Берем! — моментально приняла решение Тамара.
— А ты уверена, что мы всё не испортим? — Денис притормозил и аккуратно форсировал глубокую выбоину.
— Не испортим! Зато можем его упустить! Берем! задень-ка его слегонца.
Дорога была довольно узка, но места для того, чтобы разъехались две легковушки, хватало с избытком. Но когда «блейзер» почти поравнялся на контркурсах с остановившейся «вектрой», Денис резко вывернул руль, одновременно дернув на себя рукоятку ручного тормоза. «Шевроле» занесло, и он с восхитительной точностью приложился бампером к левой фаре красного «опеля».
— Академично, — удовлетворенно прокомментировала Тамара, наблюдая за тем, как из раненого «опеля» вылезает низкорослый лысенький толстячок, внешне очень похожий на Денни де Витто.
«Сейчас мы тебя поимеем, малыш!» Никаких проблем простоквашинский Денни де Вито не доставил. И никакого сопротивления не оказал, если не принимать в расчет того, что неудачно попробовал перепрыгнуть через канаву и основательно перемазался в грязи. А не минуло и пяти минут, как он, надежно спеленутый скотчем, уже валялся на заднем сиденье своего красного «опеля» и, икая от ужаса, пытался выяснить у сидевшей за рулем Тамары, что происходит.
— Едем тебя убивать, — хладнокровно сообщила она и свернула на чуть заметную двухколейку, ведущую в лес. Бросила взгляд в панорамное зеркало — «шевроле», выбив из лужи впечатляющий фонтан грязи, последовал за ними. — Что, решили вернуться к старому бизнесу?
— К какому бизнесу? — пискнул бухгалтер и застрял в узком проеме между сидениями.
— В течение двух лет вы убивали детей. И устроили настоящую распродажу донорских органов. Потом, когда я замочила Карамзюка, лавочку пришлось на время прикрыть. И вот всё по-новому, — трогательно вздохнула Тамара. — Хрен ли молчишь?
А что он мог сказать? Только то, что ничего про убийства не знал.
— Я ничего про эти убийства не знал.
— Ага. Ты святой. Предупреждаю, еще раз попытаешься мне соврать, и у тебя не останется даже призрачного шанса остаться в живых.
— А что, есть такой шанс? — с надеждой в голосе прогнусавил бухгалтер.
— Шанс всегда есть. Приехали. — Тамара резко вывернула руль вправо и загнала «опель» в заросли малинника. — На выход.
Денис за шкирятник выволок коротышку из «опеля», прислонил спиной к ближайшему дереву и, изобразив на лице недобрую улыбку, принялся расстегивать на себе брючный ремень.
— А-а-а… это… зачем? — бухгалтер с ужасом уставился на Дениса.






