— Мы достоверно знаем из источников, приближенных к кнесу, что это рабы, которых местные жители называют кореллами и находят их в пустоши в сезон гона. Так?
— Да, именно эти факты нам известны, — ответила Мария.
— Если предположить, что эти кореллы и те дети, которых нам с Чаком «посчастливилось» встретить на «объекте» — один и тот же вид, то очевидно, что эти кореллы вполне обучаемы, а значит, интеллект этих существ сохранен.
Меня внимательно слушали, и я развил свою мысль:
— Выходит, те дети, которых находят в пустоши еще маленькими и уводят в рабство, вполне сохранны в интеллектуальном смысле. А значит, имеют определенные навыки социализации — либо врожденные, либо приобретенные посредством нейропрограммирования. Мы же с Чаком встретили уже перешагнувших барьер дикости или, если иначе, барьер социализации детей.
— К чему ты клонишь, Герман? — не понял доктор Боровский.
— Я хочу сказать, что среди вас нет неправых. Те особи, которых встретили мы, уже одичали. Их жизнь, как бы это дико ни звучало, уже не имеет смысла. В ней нет разумной искры. Нет места созиданию и обучению. Время упущено. Над логикой, разумом и креативностью возобладали дикость, инстинкты и сила. Именно поэтому, отчасти прав Егор. Но, если взять недавно рожденных особей, — я пожал плечами, — то кто знает, что можно вылепить из только что вылупившегося небесного детеныша? И тут правы Мария и доктор.
— Получается, — попытался подытожить Ковалев, — нам необходимо провести эксперимент?
— Именно, товарищ майор. Нам нужно взять несколько свежих экземпляров и попытаться поработать над их воспитанием. Была бы в моем распоряжении лаборатория «Магеллана», я бы разобрал их ДНК по кирпичику, кислота к кислоте, но у меня сейчас связаны руки.
— Причем, скорее всего, связаны за спиной, — с сарказмом сказал доктор Боровский.
— Постараемся исходить из того, что есть. Только тогда мы сможем с уверенностью говорить о месте этих существ в нашем мире.
— Местные работорговцы уже четко определили их место, — заметил Ковалев.
— Мы выше этого, — ответил я. — На наши плечи ложится серьезный груз ответственности. Мы должны определиться со статусом этих небесных детей. Должны определить их место под солнцем. Не забывайте, таких баз по всей Земле может быть множество. И после того, как мы поймем наверняка, разумны они или нет, нам нужно будет решить самые трудные морально-этические задачи. Как донести до местного населения мысль о том, что есть и порабощать этих детей — плохо. И второе — нам самим нужно понять, как относиться к этим детям.
Все уставились на меня, не совсем понимая, что я имею в виду.






