Смотрел кот при этом в другую сторону, куда уходила ещё одна тропа. На меня лавиной накатили воспоминания, как я почти на такой же поляне прихожу в себя, с трудом поднимаюсь, потому что мне пробили голову. А рядом лежит мёртвая рысь. Но к этой картинке внезапно прибавилась другая: вокруг темно, метель, звук выстрела, и я падаю рядом с трупом убитой рыси, и в затухающем сознании звучало: «Ты что наделал? Ты мента завалил!»
— Евгений Фёдорович, — тихий голос Игната вывел меня из этого своеобразного транса. Я тряхнул головой, прогоняя навязчивый образ. Откуда он у меня взялся? Раньше нечто подобное мне музы подкидывали. Неужели опять какая-то из них решила погулять?
— Что у тебя? — я поднялся и поискал взглядом своего помощника. Игнат стоял возле кустов и хмурился. Я быстро подошёл к нему, внутренне содрогаясь и готовясь снова увидеть убитую на нашей территории рысь.
Это был барсук. Он или уже проснулся, всё-таки весна вот-вот наступит, или же его подняли. Подняли и убили. Похоже, мы спугнули этих охотников недоделанных. Вытащив мобилет, я набрал номер Петровича, чувствуя, как мои руки подрагивают от злости.
— Да, ваше сиятельство, — он ответил мне сразу после первого же гудка.
— Кто-нибудь оформлял разрешение на охоту в наших угодьях? — спросил я сквозь стиснутые зубы.
— Нет, ваше сиятельство, — после пятисекундной паузы ответил Петрович. — Какая охота, когда прорывы по три в день случаются?
— Значит, я тебя поздравляю, у нас завелись браконьеры, — ответил я. — Петрович, найди мне эту сволочь. Ты же знаешь, у меня к этим тварям особое отношение.
— Знаю, ваше сиятельство. Петрович немного помолчал, а потом добавил: — Езжайте в Новосибирск. Мы их найдём, не беспокойтесь. Ориентир только дайте, чтобы ребята следы посмотрели.
— Сейчас Игнат тебе более точно назовёт, — и я протянул Игнату мобилет. Надеюсь, что Петрович найдёт их, потому что если их найду я, то завидовать этим браконьерам точно не следует.
Глава 23
Петрович присел на корточки рядом с ведущим следопытом клана Рысевых.
— Ну что, Юра, что можешь сказать? — спросил он, дотрагиваясь до чёткого, несмотря на давнее время, следа.
— Не знаю, — следопыт встал и прошёлся по поляне.
Он был молод, но умел читать следы, будто это у него дар такой открылся. А ведь рыси не слишком хорошо по следу ходят, они больше на слух полагаются и на нюх. И было не слишком понятно, откуда у него такое умение. Может, действительно от матери досталось, которая какой-то дальней родственницей Волковых была. Её отец Юры привёз с собой, когда учиться ездил. И вот у них такой сын уродился. Да и два младших брата следопытами, скорее всего, будут.
Прав Евгений Фёдорович, что хочет побольше свежей крови в клан влить.






