На одной высилась стопочка бумаг, кажется, старые накладные, договора. В общем, выглядела стопочка очень деловито.
На второй — сумка.
Старый Ольгин рюкзачок, и вправду подаренныйВалентином.
Китайский ширпотреб? Мама права… китайский. И дешёвый самый. Через неделю краска стала шелушится и облезать. И Валентин притворно расстраивался, а Ольга огорчалась.
Брелок-сердечко тоже он повесил.
Мол, в знак большой любви.
У сейфа застыл молчаливой фигурой Ланс, на которого Настенька то и дело бросала быстрые и какие-то жадные взгляды. А с неё в свою очередь не спускал глаз Валентин. Матушка стояла, скрестив руки, с другой стороны.
— Что здесь происходит? — поинтересовался Раймонд сухо.
— Обыск происходит. Проверка оперативной информации… Ваша сумка? — поинтересовался тип с красными глазами.
И как быть?
Врать или..
— Моя, — врать Ольга никогда не умела. Так стоит ли начинать. — Только я давно ею не пользуюсь..
— Ещё бы. Странно, что ты это барахло вовсе в руки взяла.
— То есть, узнаёте..
— Узнаю, — Ольга решила, что будь, что будет. — Но в сейф я её не прятала. Не приносила. Я её выкинуть хотела..
— Мой подарок! — Валентин схватился за сердце.
Всё-таки переигрывает.
— А нечего дерьмо дарить, — заметила матушка и прищурилась.
— Вы… можете открыть её?
— Сумку? — уточнила Ольга.
— Сумку… достать и открыть. Что там внутри?
— Понятия не имею. Говорю же. Я её выкинуть хотела, а..
— Тогда давайте посмотрим и закончим этот цирк, — человек потёр лоб. — Или, может, сами признаетесь?
— В чём?
— В перевозке наркотиков. Торговле..
Бред какой.
Или..
Ольга сглотнула.
— Дорогая, ты не обязана исполнять прихоти этого шута горохового, — нервно произнесла матушка и звук её голоса заставил вздрогнуть. Какой… резкий.
Неприятный.
— Я.. — Ольга прижала руку к виску, пытаясь унять подступающую мигрень.
— Понабирают в полицию кого не попадя. А они потом ходят и порочат имя честной женщины!
Голос матушки зазвенел в ушах, рождая эхо. И кажется, не только у Ольги, если полицейский дёрнулся.
— Хватит, — выдавил он, положа руку на горло. — Давайте уже… просто откройте.
И что делать?
Открыть?
Отказаться?
Упасть в обморок..
— Не бойся, — Раймонд обнял её и на ухо произнёс: — Если я правильно понял, их всех ждёт сюрприз..
— Открыть? — Ольга позволила подвести себя к сейфу. — Что ж… пожалуйста… только… достану..
Стол тоже имелся. Старый. Облезший. И подпёртый с одной стороны кирпичом. Сумка оказалась тяжёлой. Кто… конечно, Настенька. У неё были ключи от запасного хода. И про склад она знала.
И про сейф.
А сумку… сумку, кажется, Ольга на складе и оставила как-то. Потому что выкидывать подарок было неловко, а пользоваться — невозможно. Краска мало того, что облезала, так и норовила прилипнуть к рукам и одежде мелкими чешуйками.
— Тяжёлая..
В сумке явно что-то было.






