ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Однажды гордая красавица Сяо Ян отказалась выйти за сына наложницы советника Лэй, нанеся оскорбление его семье. Сын наложницы стал прославленным генералом, главой клана Лэй и через пять лет вернулся в родной город, чтобы отомстить гордячке. Но не всё именно так, как кажется на первый взгляд…

Ната Лакомка (Наталья Лакота) Дочь солнца, сын луны Когда двое предназначены друг другу судьбой, красные нити, связывающие их, иногда тянутся, иногда запутываются, но никогда не рвутся. Китайская пословица – Эта Сяо Ян – та ещё гордячка! – разглагольствовал дядюшка Юн, выпив вторую чашу дешёвого вина. – Но красавица многое может себе позволить. А девушки, красивее, чем Сяо Ян, ещё не было не то что в столице, но и во всём свете. Там такая красота, что от одного взгляда сдаётся город, а от второго взгляда вся страна приходит в смятение. – Похоже, на тебя она тоже бросила взгляд?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И даже одеяла и подушка аккуратно убраны обратно в сундук.

Генерал откинул крышку сундука, достал одеяло, уткнулся в него лицом. Кажется, ткань пахла ею. Запах свежий и сладкий. Так пахнут лотосы, когда только-только распустятся.

Вот и всё, что Сяо Ян ему оставила. Только свой мимолётный запах. Пришла, ушла… Пусть они теперь женаты, но всё равно так далеки друг от друга. Будто между ними тысяча ли. Как когда он был на восточной границе, а она – здесь, в Даньлане. Почему же она пять лет не выходила замуж? Неужели, и правда, боялась остаться вдовой? Но молодой господин Чен не воевал. Он оставался в столице, «охранять внутренние рубежи». Сяо Ян ничем не рисковала. Тогда почему тянула? И почему пошла за Чена именно сейчас?

Ему захотелось увидеть её. Не откладывая, в это самое мгновение.

Муж ведь может наведаться к новобрачной, чтобы спросить, как она устроилась.

Вот он и спросит.

Он вошёл в новое жилище Сяо Ян без стука. Надеялся застать её врасплох.

Служанок в доме не было, а жена сидела за низким широким столиком и что-то выводила кисточкой на листе бумаги, придерживая рукав, чтобы не запачкать его тушью.

– Решила порисовать? Самое время, – сказал генерал с издевкой и осмотрелся.

Не слишком роскошно, но лучше, чем бывший амбар.

На постели – циновка, кан тоже прикрыт циновками, и сама гордячка сидит не на мягких подушках, а на циновке. И кисть у неё… так себе. Не говоря уже о серой, грубой бумаге.

Возле порога стояла новая пара туфелек – шёлковых, но без вышивки. Алой, свадебной, не было видно. Как и свадебного платья, что он вчера разорвал.

– Мне нужен девиз для моего дома, – ответила Сяо Ян так спокойно, словно не заметила его тона. – Хочу назвать его «Иингтэй». Цветочная терраса. Здесь возле входа много цветов. Так приятно любоваться ими.

– Глупое название, – тут же ответил Дэшэн, хотя ничего глупого не было.

Сказал просто так, чтобы позлить её.

– Если вам не нравится, скажите, как мне назвать дом, – произнесла Сяо Ян всё так же спокойно. – Что кажется вам не глупым?

Она издевалась над ним. Мягко язвила в ответ. И глаза были тёмные, без блеска. Как у демонов, что летают в ночи. Она и сама похожа на демона – нечеловечески красивая. И бездушная. И бессердечная. Такая же бледная, как они. Почему, кстати, бледная? Тоже плохо спала? Думала о нём? Или… плакала о господине Чене?

«Зачем злословила обо мне?», – чуть было не спросил генерал, но вовремя сдержался.

И так понятно – зачем. И почему. Глупый вопрос.

Глупый…

Он разозлился.

Конечно, себя-то Сяо Ян считает умницей. И название дому подобрала хитрое. Терраса цветов! Ха! Можно прочитать и по-другому – Умный Цветок. Намёк, кто здесь живёт. Умная! Теперь она принадлежит ему. Со всем своим хвалёным умом и расчётливостью. Хотела стать императрицей, а стала женой сына наложницы.