ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Однажды гордая красавица Сяо Ян отказалась выйти за сына наложницы советника Лэй, нанеся оскорбление его семье. Сын наложницы стал прославленным генералом, главой клана Лэй и через пять лет вернулся в родной город, чтобы отомстить гордячке. Но не всё именно так, как кажется на первый взгляд…

Ната Лакомка (Наталья Лакота) Дочь солнца, сын луны Когда двое предназначены друг другу судьбой, красные нити, связывающие их, иногда тянутся, иногда запутываются, но никогда не рвутся. Китайская пословица – Эта Сяо Ян – та ещё гордячка! – разглагольствовал дядюшка Юн, выпив вторую чашу дешёвого вина. – Но красавица многое может себе позволить. А девушки, красивее, чем Сяо Ян, ещё не было не то что в столице, но и во всём свете. Там такая красота, что от одного взгляда сдаётся город, а от второго взгляда вся страна приходит в смятение. – Похоже, на тебя она тоже бросила взгляд?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Пока несёт и разговаривать не нужно, и можно помассировать запястья, чтобы руки поскорее оживали.

Но всякое даже самое долгое путешествие заканчивается, и вот уже супруги оказались в доме Цветочной Террасы, и генерал поставил жену на ноги, хмуро глядя ей в лицо.

– Я бы и сама дошла, дорогой муж, – сказала Сяо Ян. – Хотите чаю? После такой промозглой ночи надо согреться.

Он не согласился, и не отказался, и она разожгла жаровню, налила воды в чайник, насыпала чайных листьев в чашки, пока муж следил за ней тёмным, грозовым взглядом.

– Что это у тебя?! – он вдруг схватил её за руку, поднимая рукав.

На запястьях, где только-только сошли прежние синяки, теперь наливались свежие кровоподтёки, да ещё и кожа была содрана в нескольких местах.

– Это что? – спросил генерал свистящим шёпотом. – Кто это сделал?!

– Поговорим спокойно, – сказала Сяо Ян, высвобождая руку и поправляя рукава. – Это от браслетов.

– Что ты мне врёшь! – он схватил её за плечи, сжал, встряхнул. – Это сделал Чен? Я убью его.

Сказано это было таким ледяным и почти спокойным тоном, что Сяо Ян вмиг растеряла всю свою выдержку.

– Ты совсем глупец? – сказала она тоже шёпотом, вцепившись Джиану в рукава. – Это сделал тот, кто хочет, чтобы ты убил Чена. Иди, доставь этому хитрецу удовольствие! Чтобы его план осуществился!

Некоторое время они стояли, держа друг друга и почти с ненавистью глядя друг другу в глаза.

Чайник кипел, выпуская струйку пара, но они не замечали этого. Потом опомнились и отпустили руки, сделав по шагу назад.

Сяо Ян разлила кипяток в чашки, прикрыла их фарфоровыми крышечками и поставила на стол. Потом положила подушку, указывая мужу, куда он может сесть.

Джиан нехотя подчинился, сделал глоток из чашки, отставил в сторону.

Сяо Ян взяла пипу и села на подушку напротив, пощипывая струны.

Так можно было поговорить, будучи уверенными, что музыка заглушит слова, и никто ничего не разберёт, даже если станет подслушивать под дверью.

– Пей чай, – сказала Сяо Ян сердито. – И прекрати совершать безумные поступки.

– Безумные? – он посмотрел на неё исподлобья. – Мне прислали письмо, что ты встречаешься с Ченом в доме утех. И я поспешил туда. Это безумие, по-твоему?

Она промолчала, продолжая играть.

– Получается, тебя похитили, подкинули Чену в постель... – начал Джиан, пристально глядя на Сяо Ян. – Зачем?

– А что бы ты сделал, – она ответила ему таким же пристальным взглядом, – если бы застал Цзинь Хая в притоне, где я лежу на кровати, связанная по рукам и ногам?

– Убил бы его.

– Помолись предкам, что они не допустили ещё одного безумства с твоей стороны, – веско произнесла Сяо Ян, и струны под её пальцами запели зло и воинственно. – Но кто-то явно хочет, чтобы ты совершил такое, за что уже не будет прощения.