ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Шанс начать жить заново выпадает не каждому. Как не совершить тех поступков, из-за которых в прошлой жизни всё пошло наперекосяк? Надо провести работу над ошибками, попытаться всё исправить. Вот только будет это непросто, потому что колесо истории не желает сходить с накатанной колеи, и, чтобы что-то поменять, придётся постараться.

Андрей Панченко Шанс — Ты что творишь, гаденыш⁈ Кто разрешил⁈ Накренившуюся стрелу я увидел случайно, когда тень накрыла меня, закрывая от осеннего солнца. Из-за работающего компрессора и стука отбойного молотка, работу крана слышно не было, поэтому я и увидел его только в последний момент, когда было уже поздно. Двухтонная плита межэтажного перекрытия медленно падала вниз, набирая скорость, прямо на возившихся внизу рабочих. А за ней так же медленно, как в замедленном кино падал на бок и сам кран. Старенький МАЗ-500А, с голубой, помятой и проржавевшей кабиной уже стоял всего на двух боковых колесах левого борта, и из выцветшей будки крановщика выпрыгивал крановщик.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— А до октября никак не ждет? До осеннего призыва? Это всё же рискованно. Схема то рабочая… но, если всплывёт — тебе, Ильич, не поздоровится. Это уже не просто бумажку переписать. Это кучу бумаг задним числом рисовать.

Петрович отмахнулся.

— Да брось ты. Что значит не поздоровится? Парня в армию призвали, а не отмазали. Сам заявление о поступлении в училище написал, ну… напишет сейчас. Доброволец, можно сказать. За это максимум выговор дадут. Скажут, бардак в документах. И всё. А до октября ждать нельзя, у нас тут… непредвиденные обстоятельства.

В кабинете на секунду стало тихо.

— И ещё, — добавил Лёха. — Он же медкомиссию не проходил. Вообще. А там перед отправкой начнут проверять. Вдруг что всплывёт?

Петрович задумался, потом сказал:

— Медкомиссию тоже сегодня сделаем. Быстро. Точнее Гольцман сделает, не захочет он со мной сориться. У него столько родственников с отсрочкой, что на роту солдат хватит. Мне вообще для того, чтобы его зачислить в команду абитуриентов, нужно просто создать видимость, что он уже подавал документы в училище весной, но не поступил в июле. Вложим в личное дело справку из училища об отказе в зачислении. Медкомиссию сделаем июнем. Гольцман просто подпишет лист освидетельствования той же датой, что и остальные документы, и «закроет глаза» на реальный календарь. В принципе ничего сложного. Так что с врачами я решу, напишут — годен. Серега парень здоровый, видно же.

— Ну да, — усмехнулся Лёха, глядя на мои синяки. — Особенно сейчас здоровый. Где тебя так Серёга?

— Не умничай, — буркнул Петрович. — Сказал же, потом расскажу. Значит так. Серёгу сейчас же на сборный пункт. И ты сегодня со мной Лёха, готовь машину, придется покататься. До завтра нам нужно всё успеть. Так… А, особое поручение тебе, прапорщик. Лично проконтролируй свою Катюху, чтобы она не тупила как обычно. Зинаида Рихторовна в отпуске, так что все бумаги будут на ней. Личное дело нужно оформить, так, чтобы комар носа не подточил! И не звизди! По твоей просьбе я её во второе отделение взял, и то что ты её валяешь где попало, не дает ей ни каких особых привилегий! Не справиться — уволю к чертовой матери!

Я сидел на диване и молчал. Слушал их обоих, как будто речь шла не про меня, а про какого-то другого человека и медленно выпадал в осадок.

Ильич пер как тяжелый танк, не замечая препятствий. Приняв решение, и даже не спросив меня, устраивает оно меня или нет, он взялся за его реализацию мгновенно и основательно.

Я пришёл сюда, чтобы посмотреть Ильичу в глаза, спросить про предательство. Всё. На этом мой план заканчивался. Дальше я ничего не планировал, потому что выхода для себя не видел. Никакой армии, никакого сборного пункта, никакого училища задним числом у меня в голове не было и близко.