ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Шанс начать жить заново выпадает не каждому. Как не совершить тех поступков, из-за которых в прошлой жизни всё пошло наперекосяк? Надо провести работу над ошибками, попытаться всё исправить. Вот только будет это непросто, потому что колесо истории не желает сходить с накатанной колеи, и, чтобы что-то поменять, придётся постараться.

Андрей Панченко Шанс — Ты что творишь, гаденыш⁈ Кто разрешил⁈ Накренившуюся стрелу я увидел случайно, когда тень накрыла меня, закрывая от осеннего солнца. Из-за работающего компрессора и стука отбойного молотка, работу крана слышно не было, поэтому я и увидел его только в последний момент, когда было уже поздно. Двухтонная плита межэтажного перекрытия медленно падала вниз, набирая скорость, прямо на возившихся внизу рабочих. А за ней так же медленно, как в замедленном кино падал на бок и сам кран. Старенький МАЗ-500А, с голубой, помятой и проржавевшей кабиной уже стоял всего на двух боковых колесах левого борта, и из выцветшей будки крановщика выпрыгивал крановщик.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Я гвоздями уже пробовал, — буркнул сторож. — Всё равно клинит.

— Гвоздями не поможет.

Я огляделся.

— Отвёртка есть?

Сторож кивнул в сторону будки.

— На столе посмотри.

Я зашёл внутрь сторожки. Маленькая комната: стол, табуретка, чайник, радио и куча всякого барахла. Отвёртка действительно лежала на столе. Я вернулся к двери, выкрутил четыре шурупа из верхней петли.

— Подержите.

Сторож послушно взялся за дверь. Я чуть сдвинул петлю вверх, в старом дереве ножом сделал новый паз и закрутил шурупы обратно.

— Теперь попробуйте.

Он осторожно прикрыл дверь. Та мягко встала в коробку и щёлкнула защёлкой. Сторож даже замер. Открыл. Закрыл.

— Во! — удивлённо сказал он.

Потом посмотрел на меня уже совсем другим взглядом.

— Слушай… а ведь правда столяр.

Он протянул руку.

— Петрович.

— Серёга.

Мы пожали руки.

— Ты чей будешь? — спросил он.

— Гараж деда нашёл сегодня. Вон там, в конце ряда.

Врать Петровичу и включать дурака я не стал, он сторож, знает тут каждую яму на дороге, дыру в заборе, каждый заброшенный гараж. Он быстро выяснит, что дедов гараж кто-то вскрывал. Дальше по инструкции — топает до фабричной проходной, звонит ментам, и они не сразу, всё же гараж, а не квартира, но всё равно приезжают. Или придет участковый. А если я там какое-то время жить собираюсь, он вычислит меня в лет.

— Коричневые ворота?

— Ага.

Петрович кивнул.

— Помню старика. Кузнец был, да?

— Был.

Сторож задумчиво почесал подбородок.

— Хороший мужик был. Тихий.

Потом кивнул на ведро.

— За водой ходил?

— Да.

— Наливай сколько надо. Колонка общая.

Я снова подошёл к трубе, помыл ведро как смог, и накачал полное. Петрович наблюдал.

— Э паря, ты эту воду пить собрался, не для уборки она тебе нужна. Ты чего задумал? С родителями погавкался и решил тут пока отсидеться? — спросил он как бы между делом, поразив меня своими аналитическими способностями.

Я пожал плечами, внутренне напрягшись. Петрович имел наметанный глаз, как опытный опер. Не из бсников ли он случайно? Может мент на пенсии? Они рано на заслуженный отдых выходят…

— Пока не знаю. Может пару дней перекантуюсь.

Он хмыкнул, заметив мое окаменевшее лицо.

— Да не парься, нормально всё. Живи. Тут половина кооператива так живёт.

Я усмехнулся.

— Серьёзно?

— А то. Один с бабой поругался, второй запил и от жены прячется, третий машину чинит третий год… — он махнул рукой. — Гараж — это второй дом.

Я поднял ведро.

— Ладно, Петрович. Спасибо.

— Это тебе спасибо, — сказал он, хлопнув дверь сторожки. — А то я уже хотел топором её лечить.

Я пошёл обратно между рядами гаражей. Ведро тянуло руку, но внутри было какое-то странное спокойствие. Первый человек в этом времени, с которым я нормально поговорил. И вроде всё прошло… по-человечески.