ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Важное уточнение. Если наш разговор не увенчается успехом, твое тело окажется мертво — уже окончательно. А твой дух отправится туда, куда и был направлен — в очень, очень плохое и недружелюбное место, — внимательно посмотрел на меня Астерот, изучая реакцию. — Вопрос. — Внимательно. — От чего я умер? Там? Астерот вдруг посмотрел на меня нечеловеческим, демоническим взглядом — отчего я невольно вздрогнул. Но почти сразу он моргнул, возвращая себе человеческий облик. — Так это было на самом деле? — Это было на самом деле, — покладисто кивнул собеседник. — Мы сейчас разговариваем с тобой потому, что в двух мирах причиной двух смертей была излишняя самоуверенность. Вот оно что. Излишняя самоуверенность — дернул я щекой со злостью. И вспомнил, события последних часов, которые привели к моей гибели. Началось все с того, что… …уперев локоть в стол и положив подбородок на ладонь, с максимально возможной внимательностью я слушал директора департамента внутреннего контроля. Старательно при этом воспроизводя выражение лица Джина Уайлдера из мема «Ну давай, расскажи мне…». Безопаснику, в недавнем прошлом прокурорскому работнику, выражение моего лица не нравилось, так что он с трудом сдерживался. Мне, в свою очередь уже было не просто плевать — его искренние эмоции, вкупе со злобными ужимками, начинали забавлять все больше. Интереса к предмету разговора, да и вообще к происходящему не было. Если сам собственник хочет потерять бизнес, доверившись такой команде эффективных управленцев, то мо

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Широкие скулы, короткие светлые волосы — худощавый паренек почти его копия. Взгляд спокойный, и удивительно грустный. Как у того, кто понял жизнь. Воспоминание произвело впечатление не только на меня — Олег сжал зубы, расправил плечи и спрятал эмоции за маской невозмутимости.

Миновав пустые — время занятий, коридоры подготовительного центра, я (мы) с гремящим позади сочленениями доспехов сержантом вышли на улицу. Патрульный автомобиль был припаркован совсем рядом с широким крыльцом. Не глядя на провожатого, Олег сел на пассажирское сиденье и уставился в окно.

— Восточный район, второй квартал, строение двадцать девять, — адрес напарник отца знал.

Двигатель мягко завелся и автомобиль двинулся с места. Двинулась и метка на отображенном на проекции лобового стекла маршруту. Почти сразу исчезла позади зелень парка с белым забором образовательного центра, и патрульная машина проехала к КПП на административной границе районов. Ее пересекли без остановки — сержант лишь включил на пару мгновений сирену, и переведя управление в ручной режим, объехал куцую очередь в пять машин.

Картина за окном сразу разительно изменилась — на смену заборам со спрятавшимися за ними аккуратными особняками пришла равномерная нарезка улиц и серо-бетонные свечи однотипных домов. На улицах периодически встречались прогуливающиеся люди. Восточный район был русскоязычным, являясь достаточно благополучным — с обязательным условием положительного социального рейтинга адаптации для возможности проживания. Согласно статистике, не более двенадцати процентов населения Восточного жили на гарантированное пособие и днем тут, в отличие от других окраин Высокого Града, можно было передвигаться практически без опасения за свою жизнь.

Миновав два квартала безликого муравейника высоток, патрульная машина подъехала к одной из них. Когда машина остановилась у нужного дома, и система навигации оповестила о прибытии, молчавший весь путь Олег посмотрел на напарника отца.

— Мистер Ольгерд, как это случилось? Когда?

Напарник еще раз громко сглотнул.

— Олег, кхм… — замялся Ольгерд, но после заговорил мерзким дежурным тоном: — Все подробности запрещены к разглашению в связи с проведением внутреннего расследования по произошедшему… инциденту. Организацию похорон возьмет на себя служба патрульной полиции, все подробности узнаешь, как только будут завершены следственные действия. С тобой обязательно свяжутся в ближайшее время.

Олег не сдержался — презрительно дернув щекой, отчего Ольгерд невольно вздрогнул. Исподлобья глянув на замявшегося сержанта, Олег кивнул и вышел из машины.