ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сколько я пробыл в небытие? — 16 часов, но Вы четырежды приходили в себя, — ответил Шешковский. Я помню только один раз, когда я осознанно спросил о самочувствии Екатерины. Очень надеюсь, что не случился тот обличающий меня бред, в котором я мог наговорить много лишнего про себя. Но бред он на то и есть бред, чтобы можно было прикрыться отсутствием осознания и снять ответственность за свои слова. Зацепилось в голове слово «заговорщики». — Так что, Степан Иванович, заговорщики объявились? — спросил я, ощущая нарастающую боль в ноге, которая пульсировала и в области левого глаза. Но пока это было терпимо. — Я бы не сказал, что заговор уже выстраивается, но в последние часы зачастили посыльные с донесениями о Разумовских, а в Зимнем дворце заступили в караул семеновцы, которые и не так, чтобы поголовно, лояльные вам. После того, как вас отослали в Царское село, там сменились командующие, некоторые из которых были так или иначе были связаны с Шуваловыми и Разумовскими, — сказал Шешковский. — Неужели Алексей Григорьевич решился отодвинуть рюмку и показать свой буйный нрав? — спросил я. — Не думаю, Ваше величество. На мой взгляд, корнями еще не заговор, но уже некие подвижки, уходят к Григорию Теплову, — сказал Степан Иванович.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Не получилось у русской дипломатии отстоять столицу Сербии.

Пруссия была же более чем довольна, понимая, что русская армия оставалась способна разгромить все государство. А так произошел обмен: Восточную Пруссию, и то не всю, разменяли на Саксонию и ряд польских территорий. Речь Посполитая уже обратилась к России с просьбой о защите, так как Август III не имел сил воевать в одиночку с Фридрихом. Русские отказали, ссылаясь на те препятствия, которые поляки чинят истинному курляндскому герцогу Эрнсту Бирону. И это несмотря на то, что на самом деле вальный Сейм только выразил в устной форме недовольство по поводу фактического отмежевания Курляндии в пользу России.

Французы, может и оставались недовольными, но уже тот факт, что война подходит к концу, радовал правительство Людовика. Франция знала, что еще полгода такой войны и не то, что она лишится колоний, но и наступит жесточайший внутриполитический кризис внутри государства. Впрочем, этот кризис и так нарастал, вызываемый поражениями французских войск.

Но Аахенский мирный договор подписан.

Собравшиеся, словно заговорщики, руководители делегаций, еще с полчаса возмущались, называя Россию виновницей всех европейских бед, не забывая переругиваться между собой. А после пришли к мнению, что стоит всем готовится к новой войне. Договорились кулуарно и о том, что семь лет в Европе будет тихо, чтобы экономики оправились, и было время для подготовки.

— Господа! Вы уже все тут! — воскликнул Никита Панин, входя в помещение.

— Только Вас и ждем, Никита Иванович, — на русский манер, с профессиональной улыбкой дипломата, сказал за всех Пелэм-Холлс.

— Да, господин Панин, Ваша речь на закрытии конференции была блестящей! — польстил русскому дипломату австрийский посланник Унтерфельдт.

— Спасибо, польщен! — ответил Панин и чуть поклонился, не забывая при этом держать на лице улыбку.

— Мы в восхищении, господин Панин, — решил сказать свое слово и Генрих фон Подевильс. — И Вы должны знать, что все мы, Ваши, господин Панин, верные друзья. И всегда готовы протянуть руку помощи.

Никита Иванович не был дураком и многое понял. Прежде всего, то, что эта самая «рука помощи» обещалась ему, Панину, но не России. Тут бы вспылить, проявить патриотизм, высказать о попрании чести русского посла. Но Никита Иванович промолчал. Кто его знает, может такая, лично ему обещанная, поддержка, еще и пригодится?

Конец Пятой книги.

Всем спасибо, кто был, есть и будет рядом с моим творчеством. Очень надеюсь на то, что последняя, пятая часть цикла так же будет предоставлена на ваш суд. Да! пятой книге быть!

Сейчас, 14.11.2023 года в 12.07 я закончил сей труд, дня два нужно на перезагрузку, ибо режим работы был если не сумасшедшим, то с толикой фанатизма, и вновь за клавиатуру.