ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Прекрасно знают, — с тоской призналась Лорейн, усаживаясь за столик на летней террасе. По случаю осени и раннего часа она была упоительно пуста. Ветер увлеченно гонял туда-сюда сухой кленовый лист. — Думаю, о моих провалах на собеседованиях он узнает раньше меня. Лорейн открыла кожаную папку с меню. Чтобы сделать заказ, достаточно ткнуть в какую-нибудь аппетитную картинку. Например, вот эту, с кофе и маленьким миндальным пирожным. Желаемое материализовалось сразу же. Ветреный день наполнился теплым терпким запахом. Густая молочная пенка на кофе обещала нежно согреть и все удовольствия мира в одной чашке... Диана вдруг хмыкнула, разрушая магию момента и первого глотка. — А может, о твоих провалах на собеседованиях он знает даже раньше твоих возможных работодателей? — М? — Лорейн облизнула пенку с губы. Подруга просияла, щелкая пальцами. — А что, если твой отец заранее все приличные места предупредил работы тебе не давать и вообще гнать взашей, я имею в виду, домой? Это было вдвойне неприятное предположение: во-первых, не такое уж и безумное, как могло показаться, а во-вторых, из-за него великолепный свежемолотый кофе средней обжарки мгновенно потерял вкус... Лорейн отставила чашку и задумчиво покрутила на блюдце.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Пальцы Лорейн остановились на его щеке.

— Морион. Как можно быть одновременно таким раздражающим и таким соблазнительным? — спросила она, подаваясь вперед и целуя его в губы, коротко и развратно, быстро скользнув языком к его языку.

— Глядя на тебя, задаю себе тот же вопрос, — ответил он, едва она на долю мгновения отстранилась. И в следующий миг поцеловал так горячо и жадно, что Лорейн только мучительно застонала.

Поцелуй не был нежным и медленным. Скорее походил на агонию или схватку. Лорейн уж точно лихорадило. Их будто охватило долго сдерживаемое безумие, чистая, неприкрытая играми или приличиями потребность получить желаемое. Может, так действовала атмосфера «Бездны», может, темная кровь — горячая, жадная и ревнивая, как и сама темная магия.

Лорейн не плавилась, как тогда, в кабинете, она горела заживо, горячечно притягивая к себе Даррена, кусая его губы. Но едва она сорвала пару пуговиц его рубашки из петель, он порывисто отпрянул, опуская ее на пол, но продолжая обнимать за талию.

— Остановим, пожалуй, падение на этом. — Опершись локтем на стену над ее головой, он приник лбом к руке, прикрыв глаза и шумно дыша.

Голова у Лорейн кружилась, и она устало прижалась спиной к стене, еще горячая и взволнованная. Плотно провела ладонью по его груди и животу, обтянутым одеждой, наслаждаясь рельефом его тела, скользнула рукой за спину.

— А глаза закрыл, чтобы искры не летели? Или так легче сдерживаться от соблазнов? Точно не хочешь пощады, Морион?

Он рассмеялся:

— Пощады точно не хочу. Запишем в этом раунде один-один.

— Зря, — вздохнула она и вышла из ниши, поправляя прическу и платье.

Возвращаясь за стол, Лорейн чувствовала, что вечер стал куда лучше. По крайней мере, знание, что Мориону больше не до смеха, отдавалось в груди теплым окрыляющим чувством.

Оказывается, Датур тоже не страдал от их отсутствия и премило беседовал с красивой темноволосой магессой. Довольно строго одетой для притона, в синий костюм, зато очень раскованно закинувшей локоть на спинку диванчика и что-то с интересом рассказывающей. Демонолог тоже к ней развернулся и внимательно слушал, отвечал. На одно его замечание магесса рассмеялась и фамильярно погладила по щеке.

Проморгавшись, Лорейн узнала ее. С Датуром увлеченно флиртовала профессорша по Темным искусствам, Розали Кассен. Она не преподавала, вела научную работу, но ее часто приглашали выступить перед студентами. Намечался еще один прекрасный шанс испортить всем настроение.

— Магистр Кассен! — со всем почтением пропела Лорейн, останавливаясь у их столика. — Темных вам ночей! Ваша работа по использованию Темной материи в артефактологии невероятно увлекательная!

Датур замер на полуслове и посмотрел с приоткрытым ртом сначала на Лорейн, потом на Мориона за ее спиной.