ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Прекрасно знают, — с тоской призналась Лорейн, усаживаясь за столик на летней террасе. По случаю осени и раннего часа она была упоительно пуста. Ветер увлеченно гонял туда-сюда сухой кленовый лист. — Думаю, о моих провалах на собеседованиях он узнает раньше меня. Лорейн открыла кожаную папку с меню. Чтобы сделать заказ, достаточно ткнуть в какую-нибудь аппетитную картинку. Например, вот эту, с кофе и маленьким миндальным пирожным. Желаемое материализовалось сразу же. Ветреный день наполнился теплым терпким запахом. Густая молочная пенка на кофе обещала нежно согреть и все удовольствия мира в одной чашке... Диана вдруг хмыкнула, разрушая магию момента и первого глотка. — А может, о твоих провалах на собеседованиях он знает даже раньше твоих возможных работодателей? — М? — Лорейн облизнула пенку с губы. Подруга просияла, щелкая пальцами. — А что, если твой отец заранее все приличные места предупредил работы тебе не давать и вообще гнать взашей, я имею в виду, домой? Это было вдвойне неприятное предположение: во-первых, не такое уж и безумное, как могло показаться, а во-вторых, из-за него великолепный свежемолотый кофе средней обжарки мгновенно потерял вкус... Лорейн отставила чашку и задумчиво покрутила на блюдце.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Так и хотелось омрачить ей выступление какой-нибудь шалостью.

Лорейн едва начала улыбаться, как поймала предостерегающий жест от Мориона. Он привлек ее внимание стуком ручки по бумаге и в прямом смысле погрозил пальцем, чтобы не делала глупостей. Она так же невидимо для Вивиенны воздела глаза к потолку.

— Здравствуй, Даррен, — с претензией бросила она, даже не взглянув в сторону Лорейн. — Ты не отвечал на письма, поэтому я приехала лично.

Морион тоже не потрудится играть в приличия. Не стал даже вставать из кресла. Рассматривая сошедшую на ковер перед его столом богиню, как на шаохскую гремучую жабу, вот-вот готовую взорваться фонтаном грязи.

— Я ответил один раз. То, что ответ тебя не устроил, не значит, что я стану повторять дважды. Или до тех пор, пока до тебя не дойдет. У меня нет на это времени. Но раз уж ты здесь, надеюсь, ты привезла и кольцо, чтобы вернуть. Положи на стол и убирайся.

«Надо же, как неудобненько», — подумала Лорейн, стараясь дышать через раз, чтобы не привлекать внимание.

Морион говорил настолько же холодно и раздраженно, как когда обвинил ее в работе на газету. Но и в тот раз голос звучал на пару градусов теплее, в нем не было личной неприязни.

А тут... Если предположить, что Вивиенна женит на себе злодея, нарожать парочку симпатичных детишек ей, кажется, все равно не светит. Зачем ей сдался мужчина, который настолько открыто ее не терпит?

— Это из-за твоей девки? — Вивиенна пренебрежительно качнула пальцами в сторону Лорейн.

— Я, наверное, ослышался? Не могла же ты настолько забыться, что оскорбить в моем доме дочь светлого пэра?

Красивое личико Вивиенны исказила крысиная злоба, глаза загорелись. Она наконец удостоила Лорейн взгляда, каким смотрят на... Каким Морион смотрит на нее саму!

— Кого? Чем ты красишь волосы, милочка?

— Некромантией, — подсказала Лорейн и руки, сложенные на груди, засветились голубоватой магией Смерти. — Показать?

— Вивиенна, — приказным тоном напомнил о себе Даррен и неспешно встал из кресла. Он обогнул стол, и от каждого его шага Вивиенна отступала назад. Жаль, до двери не дошла, Даррен сел на угол стола и сцепил перед собой руки. — Если ты считаешь, что кольцо, которое ты не отдаешь, гарантирует тебе безопасность, ты сильно ошибаешься. Ни одно проклятие не отравит мне удовольствие придушить тебя даже без магии. Ты никогда больше не переступишь порог этого дома. Хоть с кольцом, хоть без.

Он объяснялся спокойно и холодно, осанка и давящая трескучая магия усиливали впечатление. Он говорил правду. Это поняла даже Вивиенна. Лорейн с удивлением заметила, как в зеленых глазах вспыхнули злые слезы.

— Ты не знаешь, о чем говоришь! — вскрикнула она, растеряв весь божественный лоск. Ее трясло от злости. — Позволь, я объясню тебе...

— Хватит, — он поднял ладонь.