— Попробуйте любой другой, — он отложил браслет, и рукой указал на открытые шкатулки. — Для чистоты эксперимента берите сама.
Лорейн несмело остановила ладонь над сокровищами. Нельзя женщине давать такой выбор. Глаза же разбегутся, в кучу не соберешь.
Морион женщиной не был, как они давно выяснили, так что расценил ее замешательство иначе.
— Не укусят. Я ведь позволяю.
Лорейн потерла пальцы и взяла маленький перстень с овальным рубином в плоской фигурной оправе.
— Отличный выбор. У вас с моей матерью вкус одинаковый не только на конфеты.
— Выбираем лучшее, — горделиво поддразнила она.
Большевато на ее пальцы, но точно лучше, чем сразу влезать в колье размером с накладной воротник. Хотя, Морион бы оценил ее королевский размах. Представив, как бы вздернулась его бровь, Лорейн скользнула пальцем в объятия металла.
Рубин ожил, внутри, скованный гранями, разгорелся магический огонь. Металл сжался на коже, подстраиваясь под размер. Магия потекла под кожу. Ровный, стабильный ручеек.
Морион оттолкнулся от стола и помрачнел.
— Снимите, — тихо попросил он.
Лорейн без усилий стянула кольцо с пальца, и оно вновь превратилось в простое украшение. Ну вот. У нее точно есть какой-то злодейский прапрапрадедушка в позабытых предках с фамилией, которой так удобно ругаться. Но раз уж Морионы нынче в дефиците, а артефакт чувствует смутное родство...
— Что ж, Морион, кажется, вам придется поделиться наследством, — хмыкнула Лорейн, но улыбаться почему-то не хотелось.
Он стоял за спиной, сунув руки в карманы. Лорейн больше чувствовала его, не видела.
— Проклятая стерва! — вдруг холодно выплюнул он, и Лорейн испуганно вздрогнула и повернулась.
На красивом лице, чть тронутом теплым загаром, ходили желваки. Воздух от соприкосновения с его телом задрожал маревом от магии, исходящей от него. Лорейн не видела за ресницами его глаз, но поставила бы шкатулку с новообретенными родовыми ценностями, что они черны, как золото на ложементе.
Лорейн никогда не парализовывал страх, она либо бросалась в бой, либо убегала (чаще от сторожей Академии и разбуженных ненароком упырей, что почти одно и то же), но сейчас ее пригвоздило ужасом к столу. Она бы сама влезла в шкатулку и захлопнула крышку, пока он не отойдет. Хотя быо стола.
— Морион? — проронила она. От адреналина щипало в носу.
Едва не дрожа от ярости, он медленно поднял руки и прикрыл ладонями лицо.
Лорейн с облегчением осознала, что нежные эпитеты относились не к ней. Дышать сразу стало легче. Появился шанс пожить еще. Тогда какой вампир еще укусил в задницу?
Лорейн посмотрела на артефакты.
Морион бесшумно шагнул к столу и бессильно опустился на край, чуть наклоняясь вперед.






