ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Прекрасно знают, — с тоской призналась Лорейн, усаживаясь за столик на летней террасе. По случаю осени и раннего часа она была упоительно пуста. Ветер увлеченно гонял туда-сюда сухой кленовый лист. — Думаю, о моих провалах на собеседованиях он узнает раньше меня. Лорейн открыла кожаную папку с меню. Чтобы сделать заказ, достаточно ткнуть в какую-нибудь аппетитную картинку. Например, вот эту, с кофе и маленьким миндальным пирожным. Желаемое материализовалось сразу же. Ветреный день наполнился теплым терпким запахом. Густая молочная пенка на кофе обещала нежно согреть и все удовольствия мира в одной чашке... Диана вдруг хмыкнула, разрушая магию момента и первого глотка. — А может, о твоих провалах на собеседованиях он знает даже раньше твоих возможных работодателей? — М? — Лорейн облизнула пенку с губы. Подруга просияла, щелкая пальцами. — А что, если твой отец заранее все приличные места предупредил работы тебе не давать и вообще гнать взашей, я имею в виду, домой? Это было вдвойне неприятное предположение: во-первых, не такое уж и безумное, как могло показаться, а во-вторых, из-за него великолепный свежемолотый кофе средней обжарки мгновенно потерял вкус... Лорейн отставила чашку и задумчиво покрутила на блюдце.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

3

***Никогда еще Лорейн не присутствовала на столь мучительном обеде. Бесчувственный садист напротив демонстративно сосредоточился на еде. С чувством, с толком, с расстановкой, с милыми колкостями. Лорейн вся на стуле извертелась, ела практически вприкуску с губами и страшно жалела, что нельзя прямо сейчас выдернуть его из-за стола и потащить проверять теории.

Как можно огорошить девушку возможным дальним родством со всякими темными личностями и после этого спокойно есть? Хуже, наверное, только напугать вампирами и после сладко спать!

Когда он наконец сказал три главных слова, которые хочет услышать любая темная магесса, ее сердце едва не выпрыгнуло из груди. А тело — из гостиной.

— Пойдемте испробуем артефакты, — прозвучало музыкой в ушах и отдалось иголочками в нетерпеливых пальцах.

— Наконец-то, демоническое вы создание! — возбужденно проворчала она, спешно промокнула губы салфеткой и встала. Длинная юбка мазнула по стулу, едва не свернув его на пол.

Он рассмеялся глядя, как она извелась и почти горела.

— Помедленнее, Лорейн, меня не забудьте. А то вы дорогу не знаете.

Нисколько не смутившись, Лорейн смахнула невидимую пылинку с рукава.

— Куда пойдем? — как можно непринужденнее спросила она и направилась к дверям. — В темные подземелья? Тайные комнаты? Магические измерения?

— Жаль разочаровывать. В кабинет.

Она обернулась.

— Серьезно, Морион? Ты хоть знаешь, сколько комнат в этом доме?

Он пожал плечами:

— Не помню.

— Думаю, где-то пятьдесят, включая всякие кладовки.

— Советуете хранить родовые реликвии в кладовке? — с интересом уточнил он, привычно подтрунивая.

На смутилась:

— Любой приличный вор обшарит сначала кабинет.

— Не судите всех по себе, Лорейн, — посоветовал он. — Хотя, нет, вы себя выдали. Подземелья и тайные комнаты. Вы совершенно неприличный вор.

Она возмущенно цокнула языком и до самого кабинета молчала. Чтобы ненароком опять не поднять ему настроение, которое и так не опускалось. Кажется, она плохо на него влияет.

В кабинете Морион открыл сейф, скрытый за шкафами, которые она недавно с таким интересом рассматривала, и достал несколько больших и плоских черных шкатулок. За украшения вполне сходили рунные резные символы. Большие и вырезанные хаотично, они складывались в завораживающий узор.

От волнения она облизнула губы, гладя, как он выкладывает шкатулки на рабочем столе.

— Морион, если окажется, что я ваша родственница, с вас завещание!

Он бросил на нее взгляд через плечо:

— Завещаю вам двери в Красной гостиной.

Она состроила ему смешную рожицу.

— Подойдите.

Лорейн с удовольствием подчинилась и любопытно наклонилась над сокровищами, заложив руки за спину. Каждый артефакт лежал в собственной фигурной нише, утопленной в замшевом ложементе. Некоторые места пустовали, но мало.