ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

А почему ты весь изодран? И я, кстати, тоже… — Нас бандиты захватили. Товарища Лукина убили, остальных тоже. А Машу… Машу… все… сразу… Видимо последние воспоминания доконали мальчишку и он, уже не стесняясь, заревел, размазывая слезы по чумазому лицу. — Товарища Лукина, Машу, что за бред? — недоверчиво переспросил раненый. — Слушай, а я кто по-твоему? — Вы-вы, красноармеец демобилизованный, — сквозь всхлипывания ответил тот. — К нам случайно прибились, а фамилию я не помню! Хм. Демобилизованным мне быть приходилось. Лет двадцать назад. Правда, армия называлась не Красной, а Российской, но это ладно. Фамилию и имя я несмотря на гудящую после вчерашних событий голову помню точно. Николай Зотов. Родился и вырос я как раз в Спасове, это такой маленький городок на… короче, вы все равно про него раньше не слышали! Отучившись для начала в школе, а потому недоучившись в институте, я угодил в армию, где получил массу «полезных» навыков и намертво прикипевшую ко мне кличку «Лабух». Все дело в том, что я с детства любил музыку. Правда, не всякую, в чем очень скоро убедились родители, попытавшиеся отдать меня в музыкальную школу. Увы, ни Лист, ни Гайдн вместе с фортепиано с кларнетом не привлекли юного меломана. Но вот дворовые песни под гитару — это мое! Нет, на пианино я тоже немного могу и даже на аккордеоне, но главное, конечно, гитара! Именно она помогла мне пережить армию и все последующие годы.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Располагайтесь!

О наступлении утра нам возвестил самый настоящий петух. Казалось, зловредная птица устроилась где-то совсем рядом с окном и сладострастно завопила — кукареку! В принципе, ничего странного в этом не было. Даже в Москве многие жители продолжают держать хозяйство. Что уж тут говорить о провинциальных городках вроде Твери. Но зачем же это делать рядом с гостиницей?!

— Вот сволочь! — пробормотал я сквозь сон и попытался накрыть голову подушкой, но не тут-то было.

Почувствовавший себя звездой пернатый негодяй заорал снова, так что мне захотелось пристрелить его из нагана. К счастью для вокалиста, огнестрельным оружием ваш покорный слуга так и не обзавёлся. А на кастет и свинчатку ему было плевать. Да. Время вокруг не простое и в моём арсенале снова появились средства, позволяющие наставить на путь истинный окружающих.

— Вставай, соня! — до отвращения жизнерадостным тоном заявил мне Могилевский.

Комнат в заведении милейшей Василисы Ильиничны оказалось немного, так что нам пришлось потесниться. Более или менее удобно устроились Болховский с Куницыной. Остальным повезло меньше. В нашей, к примеру, расположились трое. То есть я, Дмитрий и Котов. Правда, третьего соседа уже не было.

— Где их благородие? — поинтересовался я у чекиста.

— К Жоржу пошёл, — так же тихо ответил мне подставной пианист. — Что-то обсуждают и, похоже, ругаются.

— Ну и чёрт с ними.

— По этому поводу возражений нет, — усмехнулся Могилевский, но тут же сменил тон на более серьёзный. — Надо определиться с местом выступления.

— Может, пусть Болховский поработает для разнообразия?

— Тогда нам точно жрать нечего будет.

— Кстати, о хлебе насущном. Случайно не помнишь, завтрака нам хозяйка не обещала?

— Вроде нет.

— Хреновато!

— Это точно.

— Тогда пойдём, поищем какой-нибудь общепит. Заодно посмотрим, есть ли там сцена.

Подходящий ресторанчик нашёлся быстро. Несмотря на ранее время, заведение братьев Непреловых оказалось открыто. Разнообразием предложенное меню не баловало, но место для выступления имелось.

— Хотите свежего, — едва сдержав зевок предложил официант, — приходите вечером. А сейчас щи суточные, пироги вчерашние. Самоварчик если угодно можем поставить.

— А что, братец, хозяин или управляющий у вас имеется.

— Как ни быть. Только они сейчас спят. Попозже появятся. А они вам для какой надобности?

— Для коммерческой. Ты уж, будь любезен, передай, что мы позже ещё зайдем. А сейчас принеси нам чаю, пирогов… кстати, какие они у вас?

— Расстегай, курник, кулебяка…

— Пожалуй, курник.

— Сей секунд.

Получив задание, халдей исчез, а мы остались с Могилевским один на один.

— Ну, спрашивай, — усмехнулся я. — Не просто так ведь меня подальше от наших увёл…

— Тут, такое дело, — помялся чекист.