ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

А почему ты весь изодран? И я, кстати, тоже… — Нас бандиты захватили. Товарища Лукина убили, остальных тоже. А Машу… Машу… все… сразу… Видимо последние воспоминания доконали мальчишку и он, уже не стесняясь, заревел, размазывая слезы по чумазому лицу. — Товарища Лукина, Машу, что за бред? — недоверчиво переспросил раненый. — Слушай, а я кто по-твоему? — Вы-вы, красноармеец демобилизованный, — сквозь всхлипывания ответил тот. — К нам случайно прибились, а фамилию я не помню! Хм. Демобилизованным мне быть приходилось. Лет двадцать назад. Правда, армия называлась не Красной, а Российской, но это ладно. Фамилию и имя я несмотря на гудящую после вчерашних событий голову помню точно. Николай Зотов. Родился и вырос я как раз в Спасове, это такой маленький городок на… короче, вы все равно про него раньше не слышали! Отучившись для начала в школе, а потому недоучившись в институте, я угодил в армию, где получил массу «полезных» навыков и намертво прикипевшую ко мне кличку «Лабух». Все дело в том, что я с детства любил музыку. Правда, не всякую, в чем очень скоро убедились родители, попытавшиеся отдать меня в музыкальную школу. Увы, ни Лист, ни Гайдн вместе с фортепиано с кларнетом не привлекли юного меломана. Но вот дворовые песни под гитару — это мое! Нет, на пианино я тоже немного могу и даже на аккордеоне, но главное, конечно, гитара! Именно она помогла мне пережить армию и все последующие годы.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ну, здорово, брат! Ты вообще как здесь оказался?

— Да вот… приехали, а остановиться негде.

— Не вопрос. Поживи у меня!

— Я же не один.

— И друзей пристроим! Сейчас всё будет!

Неожиданно встреченный мною сослуживец оказался человеком деловым. Окинув наш дружный коллектив взглядом, он решительно взялся за самый большой чемодан и велел нам идти за собой.

— Тут недалеко гражданка Суботина меблированные комнаты сдаёт. Да вы шевелитесь, я на службе.

— Идём, — отозвался я, тщетно пытаясь припомнить хоть какие-нибудь подробности нашей совместной службы.

Увы, память отставного красноармейца Семёнова решила, что прозвища будет достаточно и замолчала, как партизан на допросе. Зато сам бывший однополчанин болтал без умолку, рассказывая об общих знакомых, своем устройстве в мирной жизни и семейном положении.

— Максима помнишь? Ну, взводным в соседнем эскадроне был. Большим начальником стал. К нему сейчас на хромой козе не подъедешь. Я, было, сунулся по одному делу, так целый час в коридоре ожидал, пока принять соизволит.

— Что, так и не принял?

— Почему же? Всё честь по чести. За стол усадил, чаем напоил, даже бумажку написал. Дескать, надо помочь… А я после демобилизации долго не думал. Вижу, что хоть мы контру и победили, а всё равно много всякой сволочи осталось. Сидят как крысы по норам, ждут, когда народной власти ловчее будет нож воткнуть! Вот и пошел в органы…

— Бандитов ловить?

— Всех подряд! Ворьё, бандитов, недобитков белогвардейских, спекулянтов… А ты сам чем занимаешься?

— Музыкой.

— Это как?

— Играю, пою, песни для народа сочиняю.

— Да ладно! Что-то я тебя с балалайкой не припомню…

— Тогда не до того было. Война!

— Это точно. А я, знаешь ли женился. Ага. Родители её, правда, против были, но ничто. Уводом увёл.

— Поздравляю.

— Ну, вот и пришли, — с облегчением поставил он чемодан на землю и застучал кулаком в дверь.

Поначалу на стук никто не обращал внимания, но милиционер, как и положено представителю победившего класса, оказался настойчив.

— Чего надо?! — высунулась из открывшегося на втором этаже окошка голова в каком-то невообразимом чепце. — Ходют тут всякие!

— Тихо, Ильинична! Я тебе постояльцев привёл!

— Василий Егорович, — сбавила тон хозяйка. — Что ж ты так стучишь. Всех клиентов перепугаешь.

— Ничто! Пусть знают, что народная милиция завсегда на страже!

— А что за люди хоть?

— Хорошие люди. Правильные!

— Да, я не о том, — поморщилась нэпманша.

— И деньги у нас тоже есть, — выступил вперёд Могилевский. — Простите, мадам, нас не представили…

— Василиса Ильинична, — разом подобрела почуявшая доход дама. — Ой, что же вы там стоите. Я сейчас отопру.

Прошло ещё пару минут, прежде чем щёлкнул замок, затем лязгнул засов и дверь в импровизированную гостиницу отворилась.

— Проходите, граждане.