ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

А почему ты весь изодран? И я, кстати, тоже… — Нас бандиты захватили. Товарища Лукина убили, остальных тоже. А Машу… Машу… все… сразу… Видимо последние воспоминания доконали мальчишку и он, уже не стесняясь, заревел, размазывая слезы по чумазому лицу. — Товарища Лукина, Машу, что за бред? — недоверчиво переспросил раненый. — Слушай, а я кто по-твоему? — Вы-вы, красноармеец демобилизованный, — сквозь всхлипывания ответил тот. — К нам случайно прибились, а фамилию я не помню! Хм. Демобилизованным мне быть приходилось. Лет двадцать назад. Правда, армия называлась не Красной, а Российской, но это ладно. Фамилию и имя я несмотря на гудящую после вчерашних событий голову помню точно. Николай Зотов. Родился и вырос я как раз в Спасове, это такой маленький городок на… короче, вы все равно про него раньше не слышали! Отучившись для начала в школе, а потому недоучившись в институте, я угодил в армию, где получил массу «полезных» навыков и намертво прикипевшую ко мне кличку «Лабух». Все дело в том, что я с детства любил музыку. Правда, не всякую, в чем очень скоро убедились родители, попытавшиеся отдать меня в музыкальную школу. Увы, ни Лист, ни Гайдн вместе с фортепиано с кларнетом не привлекли юного меломана. Но вот дворовые песни под гитару — это мое! Нет, на пианино я тоже немного могу и даже на аккордеоне, но главное, конечно, гитара! Именно она помогла мне пережить армию и все последующие годы.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Победивший пролетариат и примкнувшее к нему трудовое крестьянство совершенно не против приобщиться к культуре. Руководящая обеими социальными группами партия, в общем и целом, их в этом стремлении горячо поддерживает. Но вот беда, никто не хочет за эту самую культуру платить!

— Поймите, дорогие товарищи железнодорожники, — вот уже битый час распинался я перед руководством. — Артисты тоже люди и не могут работать забесплатно! Вот скажите, выйдут ваши стрелочники или обходчики на работу, если вы зажмёте им паек?

— Сравнил! — хмыкнул здоровенный детина в косоворотке, представлявший комсомол. — Это ж совсем другое!

— К тому же, товарищ Северный, — поддакнул седенький старичок в потёртом костюмчике и нарукавниках, судя по всему, бухгалтер. — Никто не отказывает вам и вашим коллегам в пайке! Вас будут кормить обедами в столовой для работников станции совершенно бесплатно.

— Пшёнка и селёдка?

— Уж простите. Буржуйских разносолов не завезли! — снова влез вожак РКСМ.

— А постой? Вы знаете, сколько стоит проживание в гостинице?

— Можем временно разместить вас в общежитии.

— Вот спасибо! Вы, значит, будете держать нас в чёрном теле, зато потом во всех отчётах напишите, как высоко поставлена культурная работа с массами!

— Ша! — пресёк прения секретарь партийной организации. — Значит… решим так. Вы, товарищи артисты, дадите три концерта для наших работников. Мы вас кормим и предоставляем документы на проезд и провоз багажа до любой станции на нашей Железной дороге. Что до всего прочего, заработаете сами. Вы же, небось, с кабаками уже договорились? Вот и ладушки!

— Ловкач! Ну да, где наша не пропадала…

Скрепив договор крепким рукопожатием, разошлись довольные друг другом. Они, потому что не потратили лишнего, а я, честно говоря, на билеты даже не рассчитывал. Вообще, бесплатные выступления для трудящихся, в сложившихся вокруг реалия, дело совершенно естественное. Главное, чтобы потом партийные работники не вставляли палки в колёса. А они могут…

Участники нашего дружного коллектива отреагировали по-разному. Простые музыканты в курсе того как делаются дела, а потому, если и возмущались, то недолго. Куницыной не до возражений. Её очень беспокоит Жорж, а тот после приезда ведёт себя, мягко говоря, странно. Нервничает, много курит. Сегодня утром наорал на своего подручного, отчего тот и поспешил уйти.

Кстати, кажется, затея с беспризорниками удалась. Котов с Могилевским почти подружились. Во всяком случае, бывший белогвардеец не смотрит на подставного пианиста волком. Значит, моя задача выполнена.