Поэтому будьте любезны, ведите себя как можно естественней и, ради всего святого, не посвящайте её в ваши шашни.
— Шашни? Вы что, всерьёз думаете, что я был с дамой?
— Ну, что вы! — мой голос просто сочился сарказмом. — Ваше благородие навещали свою любимую тетушку! Бросьте валять дурака. Эта часть города, где вас взяли за филей, вплотную примыкает к нахаловке, «славящийся» легкостью нравов её обитательниц.
— Вы правы, — вздохнул бывший офицер, пришедший после недолгих размышлений к выводу, что эта легенда подходит ему наилучшим образом. — Могу я рассчитывать на вашу скромность?
— Честное благородное слово!
Судя по всему, Болховский не слишком верил в возвышенные чувства красных конников. Но, если подумать, никакого другого выхода не оставалось.
Единственным кто по настоящему был рад возвращению Жоржа, оказалась, конечно же, Куницына! Барышня ещё не ложилась и, увидев возникшего на пороге номера возлюбленного, бросилась ему на шею. Потом дверь за ними закрылась, а ваш покорный слуга поплелся к себе. Оба моих соседа, как ни в чём не бывало, дрыхли, причем Котов ещё и храпел. Ей богу, хотелось разбудить этих двух хмырей, наорать, после чего спросить, кто, собственно говоря, здесь агент, я или они? Увы, нельзя было позволить себе даже такой малости…
Утро возвестило о себе яркими солнечными лучами, падающими через лишенное занавесок окно прямо на мою физиономию. Пока пытался отвернуться и накрыться одеялом сон окончательно пропал. Соседи тоже испарились, и я остался наедине со своими мыслями и скверным от бессонницы настроением.
— Где все? — поинтересовался у встреченного внизу музыканта. Кажется, его зовут Лёва. Трубач он, прямо скажем, весьма посредственный. Зато всегда всё и про всех знает, причём с удовольствием делится этой информацией со всеми кому «повезло» встретиться на его пути. Иначе говоря, жуткий сплетник.
— Юрий Андреевич с Марией Георгиевной отправились на прогулку. Господин Котов тоже куда-то ушёл, а вслед за ним Могилевский. Остальные на месте. Пока.
— Трезвые?
— Конечно!
— Ладно, отдыхайте раз есть время.
— Николай Афанасьевич, давно хотел с вами переговорить, — не желал отстать от меня добровольный информатор. — Позволите буквально пару слов?
— Чего тебе?
— Видите ли, для меня большая честь работать с вами! Наш коллектив создан совсем недавно, но я успел очень многому научиться. Иногда даже кажется, что мы всю жизнь работали вместе.
— Устал что ли?
— Э… нет, конечно.






