Прыжок во вращение делала с горизонтальной либелой, а в комбинированном вращении со сменой ноги использовала волчок, либелу и качалку. Положения сложные, как раз на физическую силу и растяжку, особенно бильман. И все получались отлично, не зря брала за них четвёртые, высшие уровни с положительной надбавкой. В современном мире элементы смотрелись очень красиво с её-то идеальной растяжкой. В мире СССР тело Люськи не было хорошо растянуто, и для Арины вращения не казались столь же идеальными, как раньше, но здесь, по-видимому, и такого никогда не видели, лишь по телевизору.
Исполнив одно за другим все три привычные себе позиции, Арина вдруг услышала подозрительную тишину. Затихли голоса одногруппников и звук разрезаемого ими льда.
С подозрением Арина обернулась и увидела, что вся группа стоит и смотрит на неё, раскрыв рты от удивления. И тут она поняла, что, по-видимому, Люська вращалась в других позициях или выходила из них не так, как это делала Арина. Со стороны спортсменов это выглядело очень странным, потому что проверенные, любимые позиции тренировали годами. Если позиции хорошо оценивают судьи, нет никакого смысла их менять. Но по всему выходило, что Арина за какую-то неделю полностью поменяла свои базовые позиции. В фигурном катании это примерно то же, что в боксе за один день из левши стать правшой.
— Люся! Это феноменально! — к ней подъехала Анжелика и обняла за талию. — Где ты так научилась?
— Тренировка. Много работы над собой, — общими фразами отделалась Арина. — Правильное сочетание общефизической подготовки, хореографии и ледовых тренировок.
Сказала как по учебнику, и тут же сама рассмеялась. Но сказала-то чистую правду!
— О… У нас новая звезда! — пренебрежительно сказала Соколовская, подъехав к Арине, встав в горделивой позе, сложив руки на груди и уставившись на неё. — Опять последнее место будешь занимать.
В её глазах Арина увидела скрытую враждебность и удивление. Очень плохое качество для профессионального спортсмена — завидовать навыкам своего соперника. Надо не завидовать, а упорно тренироваться, развивать свои навыки и в прокате брать своё, а не исходить колкостями на тренировках.
— Кажется тут кто-то что то сказал? — вежливо спросила Арина, обращаясь в пустоту. — К сожалению, никого не вижу.
Соколовская презрительно фыркнула и побежала тоже отрабатывать вращения, но на неё уже никто с завистью не смотрел — у одногруппников появился новый объект для подражания. Все они вращались намного хуже.
Арина давно не видела, как катаются перворазрядники, в соревнованиях такого низкого уровня она уже давно не принимала участие. Для заслуженного мастера спорта её скольжение и элементы были на хорошем уровне, но не более того. Никакой оригинальностью они не блистали.






