Я никому не докладывал, чтобы не лезли и не мешали, даже если меня после такого самоуправства ждёт трибунал. — Сказал Шмелёв, глядя на меня. — Я предлагаю следующий план: Николай, как маг огня, займётся алтарём, мы с тобой и Зыковым в тот момент, когда огонь погаснет, перенесёмся на изнанку. Я займусь прислужником демона, а ты им самим. Под усилением от настолько сильного мага поддержки, думаю, справимся, — пояснил он, кивая в сторону Виктора.
— План хороший, но я, пожалуй, внесу свои коррективы, — холодный безэмоциональный голос разнёсся по двору, сопровождающийся раскатом грома в ночном небе. Из леса вышла тёмная фигура, в которой я узнал того самого мага, явившегося на турнир в академии. Он медленно подошёл к нам и рассмеялся. — Ну и живучие же вы. Наверное, это неприятная особенность всей вашей родни.
— Где моя жена? — спросил я, выходя к нему навстречу.
— О, не переживай. Она жива. У повелителя на неё свои планы. Правда, пришлось внести некоторые корректировки по времени появления его в этом ничтожном мире, но это того стоит, — я выдохнул, ощущая, как груз неизвестности сваливается с моих плеч. Ему не было повода мне лгать. Зачем, если он пришёл нас убить и помешать нашим планам.
— Кто ты такой? — спросил Шмелёв, также делая шаг вперёд. Краем глаза я заметил, как Совинский приблизился к карьеру и растворился в темноте.
— Я даже удивлён, что ты не догадался. Даже я почувствовал сходство нашей с тобой магии, — он сбросил капюшон, приближаясь к нам, выходя на свет от стоявших на земле светильников. Лицо мужчины было обезображено глубокими старыми рваными шрамами и ожогами. Красные огоньки глаз смотрелись зловеще, а ухмылка отталкивала, давая понять, что ничего хорошего нас не ждёт.
— Отец? — прошептал Шмелёв, округлив глаза и опуская руки, которые держал сложенными на груди. — Нет, этого не может быть. Ведь ты…
— Да, в тот роковой день я действительно чуть не умер, но по случайности меня занесло в открытое окно прорыва, когда я отбивался от скорпиниды. А потом ещё один прорыв и ещё, пока мое практически бездыханное тело не закинуло в бездну, в мир-тюрьму для одной только сущности. Он смог спасти меня и сделать сильнее. А вот ты, мой единственный сын, на которого я надеялся многие годы, даже не пытался меня найти. Думал, ты сможешь догадаться, что произошло, ведь тело-то не нашли, — прищурился он, призывая в руки плеть, от которой в разные стороны расходились молнии. — Я долго скрывался, даже месть, клокочущая во мне, не могла заставить меня выбраться в лицевой мир. Хорошо, что однажды, мне в руки попался умный, бесхребетный мальчишка, которого я наставил на истинный путь и смог убедить его руками уничтожить свой собственный род, причинивший мне столько страданий.






