ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вот она — свежая просека, в десятке шагов. И еще одна по другую сторону, с каплями крови на бетонке — зверь пробежал тут насквозь, за счет массы и скорости игнорируя мелкий кустарник и деревца. Вернее, выламывая их мощной грудью. Вышагнув на обочину, патрульный мельком глянул в кабину — а там сын с прежней отрешенностью и новым разочарованием тянулся к телефону… — Боец, — Окликнул Харрис сына, почувствовав, как кольнуло сердце. — Могут быть волки, — со значением произнес он, возвращаясь, открыл багажник и достал оттуда ружье. — Прикроешь отца? Рука Генри с телефоном остановилась, а сам он смотрел то на ружье, то на Харриса с волнительным неверием. А там и быстро-быстро сорвался с сиденья, лихорадочно отстегнув помешавший ему ремень безопасности, вылетел из машины и встал рядом, дыша глубоко и восторженно. Все его внимание было на тусклом вороненном стволе, перебегая на деревянные накладки к тусклому механизму спуска и обратно. Харрис достал ружье, демонстративно зарядил три патрона в магазин, впрочем, не досылая в патронник. А затем потратил еще пару минут, показывая сыну, как держать и как целить. — Перед выстрелом надо передернуть затвор, — обозначил Харрис движение. — Но только перед выстрелом! До этого даже палец на спусковой крючок не ставить.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Присядь, Генри, тебе сложно стоять на ногах, — с сочувствием обратился ко мне Дэвид, а позади в ноги уткнулся краешек стула.

С более низкой точки кемпинг уже было не видно, и оставалось изучать людей перед собой. Я не пытался найти знакомые лица — шеф уехал, а особых знакомых я себе не завел. А вот если замечу следы побоев, худобу или паршивое качество одежды — это то, от чего нужно удирать как можно быстрее. Секты — они разные, иногда в инете попадалась заметки… На удивление, присутствующие выглядели сытыми, у всех была обувь, нормальная — пусть и простоватая, серая и неброская одежда. Скорее, рабочие робы, как по ТВ на заводах и сортировочных складах — просто без лычек организаций и светоотражающих лент. Только количество смущало — если Грин хоум, это одна из трех крупных группировок города, а население нашего городка насчитывало сорок тысяч… то где остальные?.. Допустим, две другие банды в несколько раз больше — пусть так. Но не в десятки же раз — иначе Грин Хоум никак не смог бы сохранить независимость. Пусть даже роль Грин Хоум — сельское хозяйство, а остальным не хочется копаться в земле, и еда нужна всем — но бесплатное всегда лучше, чем даже самый выгодный обмен…

Куда-то подевалось девяносто процентов населения. Все ушли в столицу штата?.. Или в городе есть что-то, вроде собачек, активно жрущее население?.. Или все, в основном, живут вне общин? Мэр же у города есть, значит, должны быть и избиратели — чуть успокоился я. В общем, узнать бы наверняка.

В очередной раз разглядывая людей по рядам, зацепился за прямой взгляд: сначала, подумал, показалось — там наставник как раз рассказывал про озверевших солдат на перегоне, которых забыло начальство, и они пробавлялись людоедством. Так что смотрели в тот момент на меня многие. Но потом Дэвид переключился на хвалебные оды Грин Хоум, в котором еда в достатке, а взгляд тот и не думал переставать царапать чуть выше переносицы. Никакой мистики — если пялятся так активно, каждый почувствует со временем. Было бы не четыре сотни человек передо мной, то упрямые глаза какой-то смутно знакомой девчонки я увидел бы гораздо раньше.

Восьмой ряд, пятое место справа — блондинка с подобранными в узел волосами, чуть сутулая, в мешковатом комбинезоне, потому что тот явно на размер больше. Где я мог ее видеть?.. Не в свите Лин, это уж точно — там только латинос. На работе точно нет, такая подпружиненную дверь в мастерскую не откроет. Школа? Только школа и остается. Но я ее не помнил.

Может, узнала по имени? Или пытается высмотреть во мне какого-то другого Генри из своего класса? Я же в бинтах.