Или потом.
Второй раз возразить ему девушка не рискнула. Молча кивнула Орнути, поискала взглядом, но так и не нашла нырнувшего за стеллаж Пепла и двинулась вслед за стремительно шагающим рессом к дому. Механик, застывший словно памятник, тоже молча и неотрывно провожал ее глазами.
— Господин Орнути, — Дари незаметно подкрался сзади и отвлек его от бестолкового занятия. — Вы ведь очень на эту выставку хотите, да? Так поторопиться бы тогда.
Что ж, вот и пришло время темной лошадке Орнути показать свое истинное лицо, и борода здесь совсем ни при чем. За кого играет этот выпускник Шант Эли, непонятно как затесавшийся к Шоргуа? Или за кого он готов играть? Момент был очень тонкий, Пепел рисковал сейчас как никогда, но уже не жалел о том, что приоткрылся перед ним. Сказанного вчера в дверях его комнаты должно хватить, чтобы обо всем догадаться.
И тот действительно догадался. Быстро и правильно:
— Но как же Сона?
— Для нее тоже будет гораздо лучше, если я перестану маячить поблизости.
Пара секунд прошли в молчании, а потом Пепел увидел кивок механика и смог, наконец, выдохнуть. И тут же спросил, пристально рассматривая второе исправное авто, остающееся в гараже:
— Тогда подскажите мне, как можно быстро поправить вон ту машинку, чтобы она никуда не поехала?
Тот, не отвечая, подошел, сам поднял капот второго автомобиля и аккуратно снял снизу какую-то трубку. После чего захлопнул крышку обратно и глянул на парня:
— А теперь, как я понимаю, ходу?
— Именно! — просиял Дари, оценив его сообразительность. — Пока не спохватились.
И они успели. Хотя уже проскакивая в ворота видели бегущего в их сторону охранника, не иначе как с распоряжением все закрыть и никого не пущать. Но оба очень старательно сделали вид, что ничего такого не замечают.
Орнути обернулся к Пеплу лишь когда они отъехали от резиденции довольно далеко:
— Ну что, кадет… Кстати, я ведь не ошибаюсь?
И поскольку возражений не последовало, продолжил:
— Похоже, рассказывать мне, во что втянули Сону, ты не станешь?
— Ага, — Дари прикинул, что отмолчаться, увы, не получится. — Не могу.
— Я за ней вернусь, — механик упрямо сжал губы.
— Конечно. Даже не сомневаюсь. Но у нее чужой ребенок. Возможно, наследник Шоргуа. Не страшно?
— Знаешь, кадет, однажды я испугался. Здорово испугался. Причем не чужого ребенка, своего. — Орнути замолк.
— И? — поторопил его Пепел, понимая, что услышит сейчас нечто важное, собеседника явно повело на откровенность.
— И все. Все для меня кончилось, потому что я испугался. Послушал советов, которые очень хотел услышать. Подумаешь, одна брошенная женщина. Да их миллионы! Найдутся и красивее, и моложе, и знатнее. А потом вдруг оказалось, что нет. Не найдутся. Но когда ты это понимаешь — уже поздно. И разыскать ее не выходит.






