Может, сии чудеса из-за него? На Фэл… в смысле, на кадета Фаэлин Фаон те кристаллы тоже, помнится, подействовали… весьма занятно.
— Ты сейчас про зелье, над которым бился в академии? Неужто сделал? — для Валента это стало новостью, в отличие от остальных — те об этом уже знали.
— Сделал, — подтвердил ему Ретен. — Только получилось не совсем то, что принимаете вы. Вернее, совсем не то. Действует не на интуицию, а прямо на дар.
— Тоже ээ… усиливает?
— Вроде да. Эрдари, чего молчишь?
— Выполняю ваши распоряжения, папенька, — ядовито отозвался тот из-под одеяла, натянутого по самый нос. — Держу рот на замке.
— Можешь пока не выполнять. Рассказывай, давай. Все.
— Все не стану, — буркнул Пепел. — О том, как бедненький Равеслаут мучился со своей десяткой нюха и так все в курсе. Расскажу главное.
И рассказал. Про то, как за три года опытов в лаборатории Шант Эли нащупал-таки правильный путь и сделал свои кристаллы, от которых у старой крови уже не случалось немедленного летального исхода; и как они с Фаэлин Фаон, кадетом факультета военной медицины, по очереди опробовали их на себе; и о том, как господин Зерант, наставник по химии, придумал целую интригу, рассчитывая примазаться к результатам. В общем, все рассказал — на всякий случай. Не понимая точно: что присутствующие уже знают, а что нет. И кто из них какой конкретно частью информации располагает. Так показалось проще. Ретен не перебивал и не подгонял, значит, тоже счел этот подход правильным. А под конец добавил:
— Я знаю как должен работать нормальный усилитель. Мне Лаис говорила, жена его, — Дари кивнул в сторону Ретена. — Она тоже ищейка, с интуицией восемнадцать по шкале. Почти максимум, как и у вас, господин декан.
Валент кивнул, давая понять, что он в курсе. И насчет жены, и насчет почти максимума.
— Так вот, — продолжил Пепел, — ничего подобного из того, что она рассказывала. Никакого смещения в плане восприятия чувств. Запахи не висели передо мной цветными занавесками, а звуки не казались ни солеными, ни шершавыми.
На этот раз Штопор хмыкнул, но возражать не стал. Значит, понимал о чем речь, и тоже под усилителем начинал путать уши с глазами или с носом, как и Лаис.
— А я под своими кристаллами получал просто картинки. Видения. Выходит, усиливался как раз мой мелкий пророк. И то временно. Но… вдруг этим не ограничилось?
Валент сделал знак помолчать и на пару секунд замер, чуть скосив глаза в сторону. Пепел башку мог прозакладывать, что сейчас перед ним сидел уже не декан, а ищейка. С нюхом по максимуму — на двадцатку.
— Хочешь сказать, — отмер наконец тот, — что как раз после этого зелья у тебя в голове и перемкнуло? Так, что теперь ты чуешь, когда кто-то еще пытается там покопаться?
— Точно, — не стал спорить Дари. — И, надеюсь, больше ничего. Не перемкнуло, в смысле.






