Лешка прекрасно понимал, что надо двигаться вперед, предложенная должность является просто выдающимся рывком в карьере, но покидать школу не хотелось.
— Приступить к приему пищи!!! — Павлов загремел черпаком по крышке от котла. Галопом, галопом, пошел, пошел!
Краскомы и девчонки одобрительно загалдели и начали устраиваться за столом.
Алексей заметил, что накал гулянки нарастает и дернул к себе Семку.
— Пулей в расположение, приведи сюда три десятка бойцов из команды обеспечения, скажешь, что исполняешь приказ начальника школы. Оцепите все это место и чтобы муха не пролетела. Местных заворачивайте сразу. Если кто из присутствующих вздумает отлучиться за оцепление, не пускать, но со всем уважением. Если будут буянить и стращать зови меня. Понял?
— Как прикажете! — Ненашев откозырял и убежал.
Все опять пошло своим чередом, Лекса проявлял просто чудеса изворотливости, отлынивая от спиртного, а остальные себя ничуть воздержанием не стесняли. Впрочем, отдых в целом проходил без эксцессов, чинно и благообразно.
Немногим позже поведение командиров все-таки несколько оживилось.
Слащев очень быстро и эффективно упился до положения риз и был перебазирован в тенек под куст, под которым уже мирно дремали несколько краскомов. Тухачевский пытался руководить рыболовной командой с бреднем, но получалось плохо, он со всеми переругался и самоустранился. Буденный напропалую очаровывал своими усами физкультурниц, а дальше, с бурного одобрения всех присутствующих, попытался провести парад девушек в неформальной форме одежды, сиречь, голышом, но затея почти сразу провалилась, физкультурницы тоже перепились и разбрелись с кавалерами по округе.
В процессе гулянки удалось переговорить почти со всеми, но без какой-то конкретики, Алексей сначала подумывал заинтересовать кого-нибудь своими идеями, но потом передумал, резонно решив, что не время и не место. Самым потенциальным кандидатом для убеждения являлся Тухачевский, его идеи вполне корелировали с идеями Алексея, но все осложнялось его трагической судьбой. Лекса вполне резонно предполагал, что после того, как Тухачевский пойдет под суд, его наследие тоже будет стерто и забыто. Обычная практика: что такого хорошего может воплощать в жизнь враг народа? Правильно, ничего!
Алексей вполне серьезно задумывался над тем, как смягчить или хотя бы скорректировать волну будущих репрессий. Да, очень многие попавшие под каток правосудия краскомы, скорее всего, были сами виноваты, но, при этом, пострадало очень много невинных людей. Но сколько Лекса не ломал голову, даже приблизительно не мог сообразить, как все это провернуть.
После того как стемнело, все оставшиеся на ногах собрались вокруг костра, а Лешка опять взялся за аккордеон.






