ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Зазвенели трели милицейских свистков, сквозь толпу пробились два милиционера в белых гимнастерках с револьверами в руках. — А ну, разойдись! В сторону, кто стрелял? — Вона, вона, этот тать палил! — колченогий старикашка с клочковатой бородой на морщинистом лице ткнул рукой в сторону краскома и живо спрятался за спины милиционеров. — Убивец! — снова взвыла баба. — Вы это! Уберите оружие, товарищ командир! — буркнул усатый милиционер, не сводя глаз с орденов на гимнастерке комэска. — В чем дело? Почему стреляли? Непорядок… — Занимался тем, чем вы должны заниматься, товарищи милиционеры, — спокойно и сухо ответил краском, пряча пистолет в кобуру. — Эти озверевшие сволочи убивали детей, пришлось вмешаться. — Так это же беспризорная шваль, товарищ командир, от них не убудет, живучие как тараканы! — со смешком ответил второй милиционер, рыжий как огонь молодой парень, но сразу же осекся под взглядом своего старшего товарища. — Понятно, товарищ командир эскадрона, непорядок, конечно, — строго пробухтел усач. — Люди обозлены, но и стрелять, того-этого, не положено. А можно ваши документики? Турчин Алексей Алексеевич? Так, так, значит, на обучение прибыли? Из Туркестана? Жена ваша?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Итого… — Лешка сделал паузу. — Шесть полных дисков — это примерно шестнадцать-восемнадцать килограмм, ящик с патронами — двадцать пять, плюс винтовка, боезапас к ней и гранаты. Считайте сами. Я допускаю, что физически подготовленный человек сможет быстро передвигаться с таким грузом, но, в данном случае, при этом он перестает быть полноценной боевой единицей — то есть, вести огонь на ходу он не сможет из-за невозможности удобно распределить на себе боезапас. Однорядные диски, увы, сильно габаритные А третий номер к легкому пулемету — это большая роскошь, которую мы не можем себе позволить…

Дегтярев слушал с каменным лицом.

Лекса запнулся, сообразив, что слегка переборщил. Желание грохнуть диск об камень для примера тоже прошло. Ссориться с оружейниками в его планы не входило.

Повисло молчание, но ситуацию спас начальник школы. Он громко сообщил, что испытания испытаниями, а обед по расписанию, поэтому будьте добры проследовать принять горячую пищу.

Народ начал расходится, а Лекса шепнул Дегтяреву.

— Если вы не голодны, задержитесь ненадолго, у меня есть несколько соображений по вашему образцу.

Оружейник несколько сердито глянул на Лешку и кивнул. Но поделиться своими «соображениями» Алексей не успел, потому что в разговор, очень неожиданно, вступил Федоров.

— Знаете, молодой человек, — Федоров усмехнулся. — Я внимательно слушал вас. Согласен, ваши претензии обоснованы, но… — он сделал паузу, сверля глазами Лексу. — Но, боюсь, вы не понимаете реалий. Да будет вам известно, оружие нами проектируется сразу с учетом возможностей его производства. А возможности производства весьма скромные и это мягко говоря. Станочный парк изношен, мало того, критически некомплектен, отсутствуют высококвалифицированные и просто квалифицированные кадры, нет материалов и сырья для материалов. Ничего нет, простите за откровенность. Цеха находятся в бревенчатых зданиях, а сами работники… — он пренебрежительно фыркнул. — Боюсь, они не совсем адекватно воспринимают действительность и еше не отошли от революционной эйфории. Но не суть. Так вот, мы можем удовлетворить ваши требования, даже самые смелые. Но, боюсь, исполнение этих требований закончится только единичными образцами, так как пустить в серию их мы не в состоянии. Вот этот пулемет, вершина того, что мы сейчас можем произвести. А точнее, не можем, а только сможем только через пару-тройку лет. Но ни в коем случае не сейчас. Вам понятно? Дайте нам такую станочную базу и таких специалистов, как у того же Браунинга, мы вам спроектируем и запустим в производство любое изделие. А пока так как есть.

Лешка растерялся от отповеди и машинально кивнул.

— Дисковый магазин вас не удовлетворяет… — Федоров распалился и останавливаться не собирался.