ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Зазвенели трели милицейских свистков, сквозь толпу пробились два милиционера в белых гимнастерках с револьверами в руках. — А ну, разойдись! В сторону, кто стрелял? — Вона, вона, этот тать палил! — колченогий старикашка с клочковатой бородой на морщинистом лице ткнул рукой в сторону краскома и живо спрятался за спины милиционеров. — Убивец! — снова взвыла баба. — Вы это! Уберите оружие, товарищ командир! — буркнул усатый милиционер, не сводя глаз с орденов на гимнастерке комэска. — В чем дело? Почему стреляли? Непорядок… — Занимался тем, чем вы должны заниматься, товарищи милиционеры, — спокойно и сухо ответил краском, пряча пистолет в кобуру. — Эти озверевшие сволочи убивали детей, пришлось вмешаться. — Так это же беспризорная шваль, товарищ командир, от них не убудет, живучие как тараканы! — со смешком ответил второй милиционер, рыжий как огонь молодой парень, но сразу же осекся под взглядом своего старшего товарища. — Понятно, товарищ командир эскадрона, непорядок, конечно, — строго пробухтел усач. — Люди обозлены, но и стрелять, того-этого, не положено. А можно ваши документики? Турчин Алексей Алексеевич? Так, так, значит, на обучение прибыли? Из Туркестана? Жена ваша?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вчерашний разговор с командирами затянулся до полночи, но придти к общему решению и обсудить все вопросы, так и не успели.

Солнце уже показалось краешком над лесом, окутывающая все вокруг густая дымка быстро таяла, остро пахло подгорелой кашей, дымком и болотом, а где-то в лесу противно галдели вороны.

Неожиданно послышалось нарастающее противное жужжание. Лекса крутнул головой, сообразил, что это приближается аэроплан и спокойно шагнул под навес. В лесу еще стоял утренний туман, так что разглядеть что-либо с высоты было довольно проблематично.

Но все-таки прикрикнул на слоняющихся по лагерю партизан:

— А ну попрятались, чтоб вас кобыла поцеловала копытом!

Партизаны мигом шарахнулись в стороны, словно увидели приведение.

Через несколько секунд прямо над головой протарахтел биплан с шахматными клетками на хвосте.

— Ой, мамачка… — к Алексею под навес шмыгнула Агнешка.

— Тихо, не пугайся, — Лекса улыбнулся. — Еще туман стоит, он все равно ничего не видит с высоты.

— Я нікога не баюся! — фыркнула Агнешка. — Даже тебя, таварыш Турок!

Совершенно неожиданно чмокнула Лешку в щеку, хихикнула, выскочила из под навеса и побежала дальше.

— Вот же… — обозлился Лекса. — Нажалуюсь батьке твоему, вот он выдерет тебя!

Девушка в ответ только засмеялась.

Алексей ругнулся, быстро проверил, не видел ли кто его конфуза, а потом пошел в штаб. Для себя он твердо решил как можно быстрее поговорить с дядькой Ангелом, чтобы тот приструнил свою оторву дочь.

— Здоров! — на входе в землянку Василь Корж крепко пожал ему руку. — Видал? Не нравится мне все это. Разлетались пшеки последнее время, разведуют, сволочи. Никак пакость какую замышляют.

— Угу, — согласился Алексей. — Есть такое дело. А где Прокофьевич со Стасом?

— Да там, чаевничают, — Корж затушил самокрутку. — А я дыхнуть свежим воздухом выходил. Идем, самовар еще горячий.

— О! Турок! — Орловский приглашающе махнул рукой. — Присаживайся, сейчас Митька тебе тоже нальет.

Перед Алексеем тут же поставили большую жестяную чашку с заваренным до дегтярной черноты чаем и потодвинули плошку с колотым сахаром.

Алексей осторожно отхлебнул, хрумкнул сахарком прикуску, потом взял с расстеленного на столе полотенца ломоть серого, ноздреватого хлеба и положил на него большой кусок желтоватого сала. Полюбовался мгновение на бутерброд, а затем с аппетитом впился в него зубами.

Молодой организм постоянно требовал еды. Лекса все время чувствовал себя голодным.

— Ну что скажешь, Турок? Надумал, что? — Орловский посмотрел на Лексу. — Сам понимаешь, время не ждет.

Лекса неспешно прожевал, отхлебнул из кружки и пожал плечами.

— Понимаю, но прежде чем рыпаться, надо окончательно прояснить картинку в воеводстве. Поляки точно что-то замышляют, но что, нам неизвестно.