Потянулся к связующей нити и обомлел…
Она практически испарилась. Стала тонкой, как ниточка и пульсировала: то — пропадая, то — появляясь вновь.
— Да твою же… бабушку Стефу! Что происходит?
Ответ пришёл сам собой. Это случилось тогда, когда я изгонял из людей Навий, точнее — в тот момент, когда Григорий Фомич начал читать свои молитвы.
Если я ещё как-то мог им противостоять, то вот Каркуша, вернее — наша с ней связь не выдержала нагрузки и практически ликвидировалась.
На мгновение ощутил, как холодный пот пробежал по спине, но быстро оставил панику, перебирая в уме, что нужно сделать в таком случае, блага в дневнике бабки раздел о связи с проводниками прочитал очень досконально и знал, как можно вернуть связь. Главное, успеть всё сделать вовремя.
Немедля ни секунды рванул вперёд, пересек двор и только тут понял, что на мне из одежды одни трусы.
Пришлось спешно возвращаться в дом. Быстро запрыгнул в джинсы, схватил первый попавшийся джемпер и надевая на ходу, выскочил на улицу, хлопнув дверью.
— Леха, ты чего как наскипидаренный? Случилось чего? — послышался мне в спину голос Усудца.
— Потом! Все потом! — крикнул не оборачиваясь.
Каркушу было практически невозможно убить, но вот полностью ослабить, лишить сил и создать разрыв связи между нами…
Случись такое и часть сути Стефании вырвалась бы на свободу, а этого я допустить никак не мог. Необузданная нежить, пусть всего лишь маленькая ворона, могла принести очень много бед. Да и лишаться своего проводника мне тоже не хотелось. Прикипел я к Каркуше, привык и уже не воспринимал ворону как какую-то животину или магически поднятую тварь, она была моей боевой подругой: вредной, временами занудной и приставучей, но МОЕЙ, и потерять Кару я не имел права.
Я не знал точно, где сейчас находилась ворона. Окажись птица дома, да ещё и в плохом состоянии, Серёга бы сразу сообщил, а раз он ничего не сказал, значит считал, что пернатая бестия улетела по своим «птичьим» делам. Как бы то ни было, я предполагал, где она могла находиться.
Кладбище. Место, где ворона обрела часть сущности Стефании, где умерла и возродилась вновь.
На холм я взлетел, даже не запыхавшись, и побежал, петляя между могилами.
Правда вскоре пришлось остановиться.
— Тьфу, да что ж такое? — повертел головой, ища нужное захоронение, — Ага, кажется мне туда.
Добравшись до бабкиного захоронения, упал на колени, приложив ладони к холмику земли, пытаясь почувствовать где-то на глубине ведьминскую косточку, которая питала Каркушу.
За этим занятием не сразу услышал, как с противоположной стороны могилы донеслось шуршание.
От неожиданности вздрогнул, а в следующую секунду увидел ползущую в мою сторону ворону.
— Каркуша! — выдохнул облегчённо, — Вот ты где, моя хорошая.






