ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Экипаж резко затормозил. Так резко, что Глинский чуть на сиденье к Макарову не упал. — Это что ещё за фокусы? — пробормотал начальник Службы безопасности, рывком открывая дверь кареты. К счастью, они отъехали уже достаточно далеко, чтобы никто из офицерского кружка не увидел, как подпоручик Глинский в одном экипаже с ненавистным им Макаровым разъезжает. — Срочное донесение от Щедрова, — донёсся до Глинского мужской голос, в котором явственно чувствовалась усталость. Сам Андрей предусмотрительно не высовывался, стараясь всё-таки лишний раз не показываться рядом с Александром Семёновичем. — И что, до Петропавловской крепости донесение потерпеть не могло? — ответил раздражённо Макаров. — Как вы вообще узнали, что я еду в этой карете? — Гвардеец Службы безопасности подсказал, — хмуро проговорил офицер, привёзший донесение. — И нет, это не может ждать ни минуты. Я и так долго добирался, в буран попал. — Ладно, давайте, что там у вас? — и Макаров сел на своё сидение, разворачивая послание. Возница соскочил с козел и теперь стоял рядом с открытой дверью, старательно подсвечивая фонарём, чтобы Макаров смог прочитать доставленную бумагу. Александр Семёнович быстро пробежался взглядом по листу, моргнул и принялся читать более вдумчиво. После чего преувеличенно аккуратно сложил письмо и посмотрел на Глинского.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ну не из-за чая же англичане решили убрать неудобного монарха, на самом-то деле.

Итак, что мы имеем? Марков Семён Павлович, поручик Измайловского полка. Во время покушения был в отпуске. Сослуживцы ничего путного сказать про него не смогли, Марков был замкнут и особо ни с кем не приятельствовал. Вроде бы ни в каких кружках не состоял. Сам же поручик молчал, хотя к нему уже и физическое воздействие применили.

А может быть, я слишком заморачиваюсь? Может, нет здесь никакого заговора, и это обычный сумасшедший, решивший войти в историю как цареубийца? Ага, как же. И много ты, Саша, знаешь обычных сумасшедших покушавшихся на сильных мира сего просто из любви к искусству? И ты действительно думаешь, что Бут убил Линкольна сам по себе, и Освальд стрелял в Кеннеди просто потому что? Нет, Саша, их как минимум подпустили к жертвам, а это о многом говорит.

Но в каждом случае всё равно случаются исключения. Может быть, тебе повезло и Марков действительно просто псих? Тогда это будет очень плохой расклад на самом деле. Потому что сил и средств на расследование мы бросим очень много, и оттянем эти силы от чего-то действительно важного. Так, может, на это и был расчёт. А самое главное, на кого всё-таки было покушение? На меня, или на моего ещё нерождённого ребёнка? Потому что когда я слегка пришёл в себя, то сумел заметить, что пуля прошла между мной и Лизой. Марков промахнулся, и это факт, вот только в кого он на самом деле стрелял?

От всех этих вопросов заболела голова и заныл ещё не зарубцевавшийся до конца шрам на щеке, в том месте, где пуля чиркнула по коже.

Послышался звук открывающейся двери. Ну вот и Кириллов. Значит, уже семь часов. Я осторожно выбрался из постели, стараясь не потревожить Лизу.

— Стёпа, потише, не нужно тревожить её величество, — сказал я, направляясь за ширму, чтобы начать утренний туалет.

Елизавета проснулась, когда я уже застёгивал пуговицы на мундире. Как же я ненавижу этот мундир, кто бы знал!

— Саша, я уснула, — она принялась суетиться, чтобы выбраться из постели, но я жестом остановил её.

— Отдыхай. Я распоряжусь, чтобы тебе завтрак доставили сюда.

— Ты не хочешь, чтобы я завтракала со всеми вами? — Елизавета нахмурилась недоумённо посмотрев на меня.

— Нет, сегодня не хочу, — я покачал головой. — Мария Фёдоровна вчера вечером была не в духе, и сегодня не сможет не показать своё недовольство. Я не хочу, чтобы ты расстраивалась.

— И чем на этот раз недовольна её величество? — Лиза удобно устроилась на подушках и теперь смотрела на меня недовольным взглядом. Ну да, матушка терпеть не может своих невесток и не стесняется всячески это демонстрировать.