ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Пётр постепенно вживается в роль простого ученика артефактора. Обзаводится знакомыми и недвижимостью, часть которой расположена внутри зоны. Казалось бы, всё идет хорошо и даже поручение бога частично выполнено. Но внезапно всплывает информация о гильдии убийц Чёрное Солнце. Совпадение или?.. Дорогие читатели, есть книги интересные, а есть - очень интересные. К какому разряду отнести "Искра" Видум Инди решать Вам! Легкий и утонченный юмор подается в умеренных дозах, позволяя немного передохнуть и расслабиться от основного потока информации. Через виденье главного героя окружающий мир в воображении читающего вырисовывается ярко, красочно и невероятно красиво. Небезынтересно наблюдать как герои, обладающие не высокой моралью, пройдя через сложные испытания, преобразились духовно и кардинально сменили свои взгляды на жизнь. Очевидно, что проблемы, здесь затронутые, не потеряют своей актуальности ни во времени, ни в пространстве. С первых строк понимаешь, что ответ на загадку кроется в деталях, но лишь на последних страницах завеса поднимается и все становится на свои места. При помощи ускользающих намеков, предположений, неоконченных фраз, чувствуется стремление подвести читателя к финалу, чтобы он был естественным, желанным. Умелое использование зрительных образов писателем создает принципиально новый, преобразованный мир, энергичный и насыщенный красками. Помимо увлекательного, захватывающего и интересного повествования, в сюжете также сохраняется логичность и последовательнос

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Жестянку я открыл со всеми предосторожностями. Внутри оказались именные векселя на Астафьева и паспорт, выписанный на него же. Причем выписан был недавно, и приметы в нем указывались Михайлова, а никак не Астафьева.

— Обналичим? — скромно уточнил Валерон.

— Риск высокий. Если Михайлов такое проворачивает не впервые, то у него могут быть подельники в банке, тогда я прямиком загремлю под арест. И на описание в паспорте я не похож.

— Выбросить туда же? — похоронным голосом спросил Валерон. — В княжеский сортир?

Я еще раз пересмотрел все бумаги. Неименных не нашлось, как не нашлось ни одной банкноты. И все-таки выбросить такую улику против Михайлова не поднималась рука.

— А если оттащить компромат к князю?

— Я в его дом не могу попасть, — напомнил Валерон.

— Можно на крыльцо положить с запиской «Князю» и в дверь постучать, чтобы попало точно по назначению.

— Еще за бомбу примут…

— А Козырев на что? Пусть проверяет.

Рядом загремел Митя, заглянул к нам в комнату, увидел жестянку и спросил:

— Наше?

— Наше-то наше, — согласился Валерон, — но пустышка.

— А компенсация?

— Да что ты заладил, — надулся Валерон. — Там все ценное лежит, так что не подобраться. А если вот это передать князю, то и не подберемся, потому что всю компенсацию захапает князь.

— Зато они будут заняты: и Куликов, и Козырев, и Михайлов.

— А еще получат наши деньги, — похоронным голосом сказал Валерон. — Может, ты сам отнесешь. Скажешь, что нашел среди вещей, тогда тебе что-то выплатят.

— Нашел вместе с паспортом Астафьева? Недавно выписанным? На меня все и повесят, — хмыкнул я. — Нет, тащи все князю. Даже если Михайлова не привлекут, то нервы потреплют. Это тоже важно. Михайлову не до нас будет.

— Он за этим и приходил, — сказал Митя.

— Действительно, — обрадовался Валерон. — Здесь же целое состояние. К чему ему всякая алхимическая лабуда. Ее продавать долго и геморройно. Он за этой коробкой и охотился.

— Он и алхимическую лабуду заберет за милую душу, — возразил я. — Она дорогая.

— Вот именно что дорогая, а ты не хочешь получать сродство к алхимии.

Я написал на листе печатными буквами «Князю» и пришлепнул к коробке.

— Просто отнеси это к дому и постучи в дверь.

Валерон наконец сдался и с тяжелым вздохом отправил жестянку во внутреннее хранилище.

— Теперь о компенсации, — важно сказал он.

— Ты же говорил: не подобраться?

— К основному не подобраться. Но кое-что удалось найти.

Он выплюнул тот самый мешочек, которым спалился перед Прохоровым. Обычный холщовый мешочек. Забитый большими кристаллами. Да уж, Михайлов на мелочь не разменивался…

Я высыпал все на кровать и начал просматривать, сразу отправляя просмотренный обратно в мешочек:

— Не определяется. Кузнечный молот «Радость Сварога» — половина рецепта.