ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Социально-философский роман «Туманность Андромеды» признан одним из наиболее значимых произведений отечественной и мировой научно-фантастической литературы двадцатого века. Соединяя в нем научно-техническое и социально-историческое предвидения, И. Ефремов с эпическим размахом рисует картины далекого будущего: межзвездные перелеты, грандиозные научные эксперименты, преображенная общим трудом человечества прекрасная Земля, вступившая в Великое Кольцо населенных миров Галактики. В центре романа несколько главных героев, образы которых призваны художественно воплотить и раскрыть утверждаемый автором идеал человека в совершенном коммунистическом обществе.. «Туманность Андромеды» впервые была опубликована в журнале «Техника Молодежи» в 1957 г. Перед Вами — издание 1958 г., несколько расширенное и дополненное автором. По роману (вернее, по части романа) в 1967 снят одноименный фильм. «Туманность Андромеды» — первая книга цикла, который традиционно называют «Эра Кольца», и в который водят еще два произведения Ефремова — повесть «Сердце Змеи» и роман «Час быка».

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Приходится все время пути исчислять накапливающуюся ошибку, меняя курс корабля, почему и невозможно полностью автоматизированное управление. А теперь у нас опасное положение. Остановка или хотя бы сильное замедление полета для нас после разгона будет равна смерти, так как снова набрать скорость будет уже нечем. Вот опасность, смотрите: область 344+2У совсем не исследована. Здесь нет звезд, нет обитаемых планет, известно только гравитационное поле — вот его край. С окончательным решением подождем астрономов — после пятого круга мы разбудим всех, а пока… — начальник экспедиции потер виски и зевнул.

— Действие спорамина кончается, — воскликнула Низа, — вы можете отдохнуть!

— Хорошо, я устроюсь здесь, в этом кресле. Вдруг случится чудо — хоть бы один звук!

В тоне Эрга Ноора мелькнуло что-то, заставившее сердце Низы забиться от нежности. Захотелось прижать к себе эту упрямую голову, гладить темные волосы с преждевременной проседью…

Низа встала, тщательно сложила справочные листы и потушила свет, оставив только слабое зеленое освещение вдоль панелей с приборами и часами. Звездолет шел совершенно спокойно в полнейшей пустоте пространства, огибая свой исполинский круг. Рыжеволосый астронавигатор неслышно заняла свое место у «мозга» громадного корабля. Привычно тихо пели приборы, настроенные на определенную мелодию, — малейший непорядок отозвался бы фальшивой нотой. Но тихая мелодия лилась в нужной тональности. Изредка повторялись негромкие удары, похожие на звуки гонга, — это включался вспомогательный планетарный мотор, направлявший курс «Тантры» по кривой. Грозные анамезонные двигатели молчали. Покой долгой ночи царил в сонном звездолете, как будто не было серьезной опасности, нависшей над кораблем и его обитателями. Вот-вот в рупоре приемника зазвучат долгожданные позывные и два корабля начнут тормозить свой неимоверно быстрый полет, сблизятся на параллельных курсах и, наконец, точно уравняют свои скорости и как бы улягутся рядом. Широкая трубчатая галерея соединит оба корабельных мирка, и «Тантра» вновь обретет свою исполинскую силу.

В глубине души Низа была спокойна: она верила в своего начальника. Пять лет путешествия не были ни долги, ни томительны. Особенно после того, как пришла к Низе любовь… Но и ранее захватывающе интересные наблюдения, электронные записи книг, музыки и фильмов давали возможность непрерывно пополнять свои знания и не так чувствовать утрату своей прекрасной Земли, пропавшей, как песчинка, в глубинах бесконечной тьмы.