ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В один прекрасный день, меня привели в новый дом. Я мечтала о семейных посиделках и родных, с которыми смогу делиться сокровенным. На деле же получила мать-тирана и сводного брата, который готов на все, лишь бы стереть меня с лица земли. Я была уверена, что справлюсь и не сломаюсь, но Глеб Гордеев оказался на шаг впереди. Он растоптал мою мечту стать звездой балета и я ему отомщу. История Руслана и Кристины — "Давай сыграем в любовь" Глава 01 — Даша Никогда не думала, что поцелуй может быть таким: словно яркий звездопад, который раскрашивает летнее небо и оставляет бесконечный след в сердце. Я не должна отвечать на него, в конце концов, человек, который сминает сейчас мои губы — враг. Верно, он мой личный кошмар, наваждение, не оставляющее в покое ни на минуту. Но отдаю должное, Глеб целуется просто крышесносно. Настолько, что у меня и дух захватывает, и воспоминания стираются, будто ничего ужасного между нами никогда не происходило. Рука Глеба сжимает мою талию, не давая ускользнуть, а другая скользит по спине, прижимая меня еще ближе. Его поцелуй заставляет кровь становиться обжигающе жаркой, и выбивает почву из-под ног. Мамочки… И хотя во мне все еще бушует ненависть, я не могу сопротивляться. А в какой-то момент на ее место и вовсе приходит другое ранее неизвестное чувство — вспышка молнии в виде желания и страсти. Я сдаюсь и отвечаю на его поцелуй: приподнимаясь на носочки, обвиваю руками вокруг шеи, проводя пальцами по сильным мужественным плечами.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Не думал, что такие ходят на вечеринки. Она же должна сидеть дома и смотреть “баю-бай”.

— Ты заткнешься, сегодня или нет? — змеей шиплю я не него.

— А я, наверное, джинсы, — говорит Дашка.

— Твой Артем немного странный, — констатирует факт рыжая. Знала бы она, что не немного, а прилично странный. Стоп! “Твой”? Неужели они уже…

Я выпрямляюсь, ощущая как за ребрами неприятно скребет. Проклятье. В груди пиликает датчик детонатора, который вот-вот разорвется. А я ведь старательно его сдерживаю на протяжении девяти лет.

Дальше их разговор мы, ясное дело, не слышим. Студенты подваливают, шумят, заходят в аудиторию. У всех жизнь продолжается, тогда как меня не по-детски штырит.

Рус кладет руку на мое плечо, сильно сжав его.

— Пойдем, — говорит он.

— Куда?

— Ну… кажись на дурацкую вписку, куда ж еще.

— Я думал, — сглатываю. — Ты планировал провести вечер в компании своей училки.

— Подождет, — отмахивается Соболь. — Друзей на девок не меняю, братишка.

___ Дорогие читатели! Буду благодарна, если поддержите роман звездочками.)

Глава 05 — Даша

— Миронова, — кричит балетмейстер, пока я пытаюсь подняться. Это уже третье падение за тренировку, хотя раньше подобного не наблюдалось. Но теперь, когда я смотрю на сцену, в сторону пустых мест, вижу там лицо мамы и ее разочарованный взгляд.

У меня будто пропал зритель, для которого все это время я танцевала.

— Простите, — лепечу как малолетняя ученица, вставая на ноги. Девчонки тихо шушукаются за моей спиной, а Лана так вообще не скрывает самодовольную улыбку. И мне бы поставить ее на месте, вновь показать, что значит быть настоящим лебедем, но я как идиотка распускаю нюни.

После тренировки Анатолий Аркадьевич подзывает меня к себе. Он раздражен, оттого его широкие ноздри раздуваются активнее, а руки упираются в бока. Взгляд косой, исподлобья, при этом полный равнодушия.

В балете нет места жалости. И меня, ясное дело, никто жалеть не будет.

— Я не знаю, что со мной… — начинаю оправдываться, понимая, что звучит это максимально глупо.

— Даю тебе перерыв неделю, — вдруг сообщает он, не глядя на меня. Сидит и пишет что-то в своем красном ежедневнике. — Если вернешься и еще раз упадешь, может больше вообще не приходить. А теперь закрой дверь с другой стороны.

Вот так грубо и бескомпромиссно решает мою судьбу этот мужчина, некогда прекрасный балерун в молодости. Я сглатываю и плетусь по коридору. Впервые меня посещает мысль — бросить балет. Вернее, она и раньше проскальзывала, но сейчас как-то более ясно мелькает, словно зеленая табличка — выход там.

Единственное, что коробит — будущее. Я не знаю, как быть дальше.