ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В один прекрасный день, меня привели в новый дом. Я мечтала о семейных посиделках и родных, с которыми смогу делиться сокровенным. На деле же получила мать-тирана и сводного брата, который готов на все, лишь бы стереть меня с лица земли. Я была уверена, что справлюсь и не сломаюсь, но Глеб Гордеев оказался на шаг впереди. Он растоптал мою мечту стать звездой балета и я ему отомщу. История Руслана и Кристины — "Давай сыграем в любовь" Глава 01 — Даша Никогда не думала, что поцелуй может быть таким: словно яркий звездопад, который раскрашивает летнее небо и оставляет бесконечный след в сердце. Я не должна отвечать на него, в конце концов, человек, который сминает сейчас мои губы — враг. Верно, он мой личный кошмар, наваждение, не оставляющее в покое ни на минуту. Но отдаю должное, Глеб целуется просто крышесносно. Настолько, что у меня и дух захватывает, и воспоминания стираются, будто ничего ужасного между нами никогда не происходило. Рука Глеба сжимает мою талию, не давая ускользнуть, а другая скользит по спине, прижимая меня еще ближе. Его поцелуй заставляет кровь становиться обжигающе жаркой, и выбивает почву из-под ног. Мамочки… И хотя во мне все еще бушует ненависть, я не могу сопротивляться. А в какой-то момент на ее место и вовсе приходит другое ранее неизвестное чувство — вспышка молнии в виде желания и страсти. Я сдаюсь и отвечаю на его поцелуй: приподнимаясь на носочки, обвиваю руками вокруг шеи, проводя пальцами по сильным мужественным плечами.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я ревновал только одну девушку, и она не училась в моей школе. Она вообще презирала меня, хотя… так и надо. Это правильно.

Спустя четыре месяца на новогодней дискотеке, Алла выпила и пришла ко мне. Я тоже выпил, и был в целом не против спустить пар. Мы поцеловались и в этот момент, крайне эпично в кабинет ввалился Нестеров.

Алла продолжала целовать меня, пока ее парень стоял в дверях и наблюдал за тем, как мои руки впивались в бедра его девчонки. Знаю, я поступил дерьмово, но с другой стороны, никто насильно не тащил Аллу в кабинет ОБЖ, и не заставлял облизывать мои губы.

Драка случилась жестокой. Настолько что, мать вызвали не в школу, а в полицию. Нас еле разняли. Артем желал уничтожить меня, а я просто злился на происходящее у себя дома. Я бил его, представляя, что уничтожаю реальность, которая с годами превращалась в бомбу замедленного действия. Я получал ударами в ответ, точно так же, как издевалась надо мной судьба на пару с матерью.

Нет, то была драка не с Артемом, а с миром. С отвратительным, мать его, миром.

Но прошлое — это лирика. Тот факт, что Нестеров решил подкатить к Дашке, мягко говоря, выбил меня из колеи. Я сжимал так сильно челюсть, что зубы аж скрипели. Он смотрел на нее, словно жаждал сделать своей. Словно мысленно снимал одежду, скидывая медленно бретельки бюстгальтера с хрупких девичьих плеч. И хотя я дал себе установку не приближаться к Даше, мне все равно ненавистно видеть ее с кем-то другим.

Я до сих пор не знаю, как с этим смириться… И не могу простить себе вспышку страсти, помутнение рассудка в виде поцелуя.

Черт, если бы меня спросили, как я ощутил тот поцелуй, я бы сказал — это касание зимы. Когда маленькие снежинки падают впервые на твои губы, оставляя легкое покалывание, а ты как идиот, пытаешься поймать еще, переполненный детской радостью.

Я идиот. Я не хотел прекращать ее целовать. И за это стоит кому-то дать мне по морде.

Нам нельзя быть вместе. Я обещал…

— Эй, — Соболь пальцами щелкает у меня перед носом. Оказывается, мы дошли до красного лекционного зала быстрее, чем я думал. И Арсений куда-то успел подеваться по пути, оставив нас вдвоем. — Думаешь, Темочка устроить подлянку?

— Думаю, что могу захотеть врезать ему еще разок, — я сворачиваю за угол, кидаю рюкзак на подоконник, затем сажусь на него сам. Рус же приваливается к стене, скрестив руки на груди и грозно сверлит белую стену напротив.

— Мне кажется, у него проблемы с кукухой. Ну реально так бесится из-за девки… тем более она сама тогда к тебе лезла, я хорошо помню.

— А ты чего?

— А что я? — удивленно он смотрит на меня.

— Неужели та рыжая понравилась? — я вспоминаю душевую и немного злюсь на Соболева, что он вообще вломился на женскую территорию.

— Эта лисичка не в моем вкусе.