Но нет, комок воска на месте, лоток стоит и дожидается, когда я наконец схожу к пчелкам, горшочки и бутылочки с медом выстроились нетронутым рядком. Бухты кабеля тоже никуда не делись, силовой лежит отдельно, четырехжильные и одножильные сложены аккуратнейшей горкой и ждут, когда выкопают канавки и можно будет всё подключать. Котелки валяются там же, где я их оставил. Ничего не украли, хотя за одни лосиные рога можно выручить столько, что иной работяга за сезон не заработает.
— Всё, успокоился? — хохотнули стражники у входа. — Да чего ты ссышь, мы ж не королевская армия. Всю ночь тут за барахлом твоим смотрим.
— Вообще не только за моим… — скривился я. — И зря барахлом называете, кабель штука ценная. Сами же зимой со склада жрать будете, так что старайтесь, это в ваших интересах.
— Ой, всё. Не ценишь ты нас.
Обиделись они дружно и напоказ, а я так и не понял, в чем не прав. Действительно ведь, в этой деревне надо, чтобы у меня ничего не пропадало, тут прямая выгода для каждого.
Котелки я забрал с собой, остальное пусть лежит, и вот теперь можно смело за работу. На участке меня встретил стук киянки, Рект с самого утра ковырялся со станком и, похоже, почти закончил. Станина стояла собранной, центры поднялись на новую высоту, и как раз при мне он приладил пробную заготовку, качнул педалью на пробу, убедился, что ничего не разваливается и тогда уже качнул сильнее. Механизм провернулся, палка в центрах завертелась, и резец снял первую стружку. Рект расплылся в улыбке так, будто лично изобрел всё это от педали до резца, и в чем-то он даже прав, собирал ведь своими руками.
— Работает! — он придержал педаль и обернулся. — Доводка еще нужна, ось чуть гуляет. Но точит же!
— Точит, — я подобрал с земли свежую стружку и растер в пальцах. — А раз точит, слушай сюда, это важно. — решил озвучить ему свои вечерние мысли, как раз о роликах размышлял, — Размеры мы теперь задаем стандартные. Квадрат под вагонеточное колесо берем за основу, пять сантиметров сторона, как раньше и делали. И вводим второй, на десять, под ролики. На валу колеса квадраты будут как раз десятисантиметровые, и пусть это тоже станет стандартом, чтобы каждый ролик вставал на любой вал без подгонки.
Рект слушал, шевелил губами и что-то прикидывал, а потом кивнул с таким видом, что стало ясно, мысль легла куда надо.
— Тогда надо два эталонных бруска выточить, на пять и на десять, — предложил он. — И держать у станка. Деталь снял, к бруску приложил, сразу видно, попал или нет. А то на глаз я один квадрат уже запорол.
— Соображаешь. — кивнул ему, — Вот их первым делом и выточи, до всяких роликов.
Параллельно работа на участке кипела своим ходом.






