ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Прежде моим величайшим достижением было продержаться на очередной работе хотя бы три дня. А теперь я могу метать файерболы, охлаждать напитки или высушивать волосы в мгновение ока! Все это началось, когда один сумасшедший ученый уронил что-то в мой латте-мокко. Конечно, после этого я ужасно себя чувствовала. А на следующее утро проснулась с этим горячим красавчиком в обнимку. Он сказал что: 1 — его зовут Ром Мастерс; 2 — он работает на правительство; 3 — теперь я силой мысли могу контролировать все 4 стихии. Кажется, он не очень-то рад моему превращению (скорее всего необратимому)… потому что теперь ему придется меня убить.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но, взглянув на номер звонившего, увидела, что это мой отец. И хотя я уже опаздывала, мне и в голову не пришло не ответить на звонок, а потом просто послушать сообщение на автоответчике. Я схватила трубку и прижала к уху:

- Привет, папуля.

- Привет, куколка. Чё делаешь?

- Собиралась на работу. У тебя всё в порядке?

- Вполне. Всё хорошо, — его низкий грохочущий голос всегда меня успокаивал.

- Ты слишком много работаешь.

- Ах, ну ты же знаешь, что я ради этого живу, — сказала я совершенно искренне. Я никогда, никогда не дам понять этому самоотверженному человеку, что мне не нравится моя работа, а вернее мои работы. Тогда бы он сам пошел работать, мой старенький плюшевый мишка. Он сделал бы всё, чтобы обо мне позаботиться. Неудивительно, что я его очень любила.

- Я счастлива только когда работаю.

- Ты прямо как твоя матушка, пусть земля ей будет пухом. Никогда не понимал такой самоотверженности, — ответил он. Я представила, как он в недоумении качает головой.

- Я тебя не задержу. Я только что посмотрел старый альбом с фотографиями, где ты совсем еще крошка. Я знаю, что ты навещала меня не так давно, но мне захотелось услышать твой голос.

Вот видите? Он такая лапочка.

- Теперь ты пытаешься довести меня до слез. Но я рада, что ты позвонил. Я тоже скучала по тебе и твоему голосу.

Он усмехнулся:

- Ох, разве мы не парочка сентиментальных…

- Дэвид! — услышала я женский голос.

- Вот черт, — сказал он мне. И обращаясь к женщине, пробурчал: — не сейчас, Мэри. Я разговариваю по телефону с моей любимой девочкой.

- Ты правда целовался с Дженет прошлой ночью в саду? — услышала я вопрос Мэри.

- Час от часу не легче, — прошептал папа. Затем он сказал: — вот дерьмо. Мне кажется, что она сейчас заедет в инвалидной коляске прямиком в мою комнату.

Он замолчал, а потом тяжело вздохнув, произнес:

- Наверное, стоило принять предложение Дженет прогуляться.

- Полагаю, что стоило, — смеясь, ответила я.

- Мне пора. Люблю тебя, куколка, — сказал он.

- Дэвид, — голос Мэри раздавался теперь отчетливее.

- Я тоже люблю тебя, папочка.

Я повесила трубку и минуту просто смотрела на телефон, улыбаясь. Покачав головой и бросив лишь один тоскливый взгляд на свое жилище, я выскочила из квартирки.

- Пора поскорее завершить этот день, — бормотала я на ходу.

На улице тусклый весенний утренний воздух был пропитан ароматом магнолии, и в то же время он был ужасно горячим и липким от влажности. Вот незадача. Я забыла маленькое полотенце, которым обычно вытирала пот. Через пару минут вся моя одежда прилипнет к телу. Да, прелестно. Но с этим уже ничего не поделаешь.

Не желая заявляться на работу голодной (голодная — значит злая, а злая — значит останусь без работы), я купила пончик, глазированный карамелью, по пути на автобусную остановку и пропустила свой автобус.