ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Прежде моим величайшим достижением было продержаться на очередной работе хотя бы три дня. А теперь я могу метать файерболы, охлаждать напитки или высушивать волосы в мгновение ока! Все это началось, когда один сумасшедший ученый уронил что-то в мой латте-мокко. Конечно, после этого я ужасно себя чувствовала. А на следующее утро проснулась с этим горячим красавчиком в обнимку. Он сказал что: 1 — его зовут Ром Мастерс; 2 — он работает на правительство; 3 — теперь я силой мысли могу контролировать все 4 стихии. Кажется, он не очень-то рад моему превращению (скорее всего необратимому)… потому что теперь ему придется меня убить.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И как я со страхом поняла, на сей раз я, наверное, не смогу его отговорить. Во время предыдущих разговоров в этот момент, он обычно отсылал меня работать, сделав серьезное предупреждение и ляпнув напоследок какую-нибудь пошлость.

Могло ли его раздражение сейчас дать ему сверхзвуковую решимость, на которую не повлияют приятные убедительные словечки?

Я прищурилась и сжала руки в кулаки. Он от меня так просто не избавится. Я должна как-то проникнуть за стену этой чертовой решимости. Я не могу потерять эту работу. У меня не так уж много вариантов в последнее время, так что могу только представить, сколько времени потребуется, чтобы получить другую работу.

- Дурацкие работенки, — пробормотала я.

- Что такое? — спросил Рон, пристально глядя на меня.

Я сказала это вслух?

- О, ух, ничего.

Я села прямо на табуретке:

- Что вы сказали?

Он вздохнул:

- У тебя нет навыков работы с людьми, Белл. Вместо того, что приглаживать перышки, ты их поджигаешь.

- Говорю вам, я хороший работник, — выпалила я сквозь стиснутые зубы. И я не лгала. Разумеется, обычно я опаздывала, всегда ругалась, иногда злилась и — нет, я не признаю свою вину — ходят слухи, что я иногда кое-что брала взаймы со склада. Но я работала по выходным, по праздникам и сверхурочно, когда была возможность. Это же что-нибудь да значит, верно?

- Я не могу поверить, что ты заставила меня это сделать, — Рон открыл папку и провел загрубевшим пальцем по первой странице.

- Жалоба: «грубая и нахальная официантка». Жалоба: «официантка принесла чай вместо кофе». Жалоба: «официантка грубит». Жалоба: «официантка грубит». Мне продолжать?

- Я просто не позволяю клиентами орать на меня, — возмущение придало мне храбрости, и я выпрямилась, расправив плечи. Разве у людей нет более интересных занятий, чем жаловаться на плохое обслуживание? Я не груба, я всего лишь человек.

- Дженни не кричит на посетителей, даже когда те на нее кричат.

- Дженни — идиотка и подлиза.

Еще один вздох.

- Белл… — наконец он посмотрел на меня, и по привычке его взгляд скользнул на моих девочек. Он сглотнул, его кадык подпрыгивал, как шлюпка на приливной волне.

- Гм, о чем это я?

Я едва не улыбнулась, чувствуя, как тело расслабляется. Проникновение завершено. И намного легче, чем я предполагала.

Его взгляд не так меня раздражает, как его комментарии обо мне, нежащейся в постели. Это я смогу пережить.

- Мне кажется, вы собирались приказать мне приниматься за работу и больше никогда не опаздывать. Я планировала ответить вам, что вы — лучший начальник во всем мире и еще будете мной гордиться.

- Да, я хотел приказать тебе приниматься… — тут его глаза расширились, он покачал головой.

- Я совсем не это хотел сказать, — серьезно и резко ответил он. Потом закрыл глаза и ущипнул себя за переносицу.