ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Линди Ашер – фотожурналист, любимая жена своего мужа, и Натали Браун – красавица телезвезда, мечта многих мужчин: такие разные женщины, такие разные судьбы. Кто бы мог подумать, что когда-то они были задушевными подругами?! Линди и Натали не виделись десять лет, но, встретившись снова, решили забыть старые обиды. Но если бы только дело было в старых обидах! Снова, как и прежде, между ними встал мужчина… 1 – Эльке! – Эльке! – Посмотри сюда, Эльке! – Улыбнись, пупсик! – Повернись ко мне, Эльке! Когда я училась в школе и меня спрашивали, чем я хочу заниматься, когда вырасту, мне и в голову не могло прийти, что я буду сидеть на алюминиевой лестнице и командовать топ-моделями. – Наклонись вперед, Эльке! – Давай, Эльке, покажи нам свою грудь! Сегодня презентация новой книги в «Хэрродз»[1]. Еще одно чудо природы с ногами, формой и длиной напоминающими флагштоки, делится секретами своей диеты (на самом деле секретами, придуманными настоящим автором, скрытым за кулисами, потому что ее режим – кокаин, плюс экстази, плюс два пальца в рот – хотя и доказал свою эффективность, но не получит одобрения диетологов и не может быть рекомендован в «Дейли мейл»). А я на своей лестнице с фотоаппаратом наготове жду, когда она повернется ко мне лицом.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я взяла его чемодан и сумку и поняла, что забыла попросить не покупать лимонную помадку.

– А где твои покупки из дьюти-фри? – спросила я. – Я положу в холодильник лимонную помадку.

– На этот раз я ничего не купил.

– Как? Ни виски? – Я была потрясена. – Ни копченой селедки?

Эндрю отрицательно покачал головой.

– У меня не было времени, – ответил он. – Я опаздывал на самолет.

Насколько я знала Эндрю, он готов был пропустить целый воздушный флот, чтобы сэкономить несколько гиней на своей любимой марке виски. Может, мое ворчание все-таки повлияло на него и он решил меньше пить? Я чмокнула его в щеку.

– А это за что? – спросил Эндрю.

– За то, что ты наконец прислушался к моим словам о правильном питании, – улыбнулась я. – Ты будешь переодеваться?

Он был в своем самом потрепанном костюме и в полосатой бело-голубой рубашке.

– А это обязательно? – спросил Эндрю.

– Нет, – ответила я. – Ты мне и так нравишься.

И я снова его поцеловала.

Эндрю очень странно посмотрел на меня, а я улыбнулась, заметив, как он обескуражен, получив обратно свою милую любящую жену.

Ресторан был роскошно декорирован красным бархатом в стиле барокко. Все поверхности, даже шириной в несколько сантиметров, были обтянуты им, и зеркала отражали отблески множества свечей, уходящих в вечность.

– Смотри, как здесь романтично, – шепнула я Эндрю, пока мы шли к своему столику.

Мы заказали бутылку шардонэ, и уже после первого глотка я почувствовала необыкновенную легкость в голове. Я целый день почти ничего не ела и больше месяца не прикасалась к алкоголю. Я была очень рада, что выбрала этот ресторан. Бархатный будуар как нельзя лучше подходил к моему настроению.

– Я точно знаю, чего мне хочется, – сказала я Эндрю. – Я возьму луковый пирог, рыбный паштет с лососем и шоколад «Сент-Эмильон» на десерт. Не знаю, что это, но в названии есть слово «шоколад», значит, это вкусно.

В ожидании закусок я рассматривала наши отражения в зеркалах, радуясь, как хорошо выгляжу. Милому Эндрю повезло с женой. Я вела себя с ним просто ужасно, и мне хотелось загладить свою вину. У нас был трудный период – так обычно говорят? Я представляла, как рассказываю кому-нибудь: «Да, у нас был трудный период, но теперь мы вернулись на правильный курс. У нас бывают спады и подъемы, но мы переживаем их вместе, и теперь наш брак крепче, чем когда-либо».

– Луковый пирог просто прелесть, – сказала я. – А как твои креветки?

– Очень вкусно.

– Ты будешь эту последнюю?

– Нет.

– Можно я возьму?

– Конечно.

Я взяла с его тарелки тигровую креветку и очистила ее – очень ловко, я считаю, Эндрю никогда не вытаскивает хвостик целиком – ужасная расточительность, – и радостно сунула ее в рот.

Официант забрал наши тарелки и долил нам вина.