ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Неизвестные захватили семью посла Азербайджана в Англии, убит генерал ФСБ. Кто стоит за этими событиями? Полковник Гуров и его друзья вступают в схватку не только с бандгруппой, но и с коррумпированными чиновниками… Абасов Рафик Асад-оглы, статный тридцатипятилетний красавец, одевался элегантно на английский лад и походил бы на британца, если бы не был смугл и черноволос. Он говорил по-русски в совершенстве, на английском и французском с легким акцентом. Отец Рафика долгие годы работал в представительстве Азербайджана в Москве. Мальчик закончил московскую школу, затем университет, работал два года под началом отца, отучился в аспирантуре, защитил кандидатскую диссертацию и улетел в Англию, в Оксфорд. Благополучие отца и сына Абасовых объяснялось не столько их способностями, сколько родственными связями. Брат отца, родной дядя Рафика, был секретарем ЦК, его ценили в Москве, принимали в Политбюро. Отсюда и возможность продолжить образование в Англии. Блестяще образованный молодой человек вернулся в Россию, где прожил сознательную часть своей жизни вдали от Баку, на азербайджанском, конечно, говорил, но больше любил русский и Москву, да и друзья его жили здесь, и он понимал: историческая родина не примет его с распростертыми объятиями.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— С минуту Орлов слушал со скучающим видом, потом спокойно ответил: — Объясните, мы не штабные чиновники, а оперативники. Если министр никуда не торопится, я могу переодеться. Слушаюсь! — Он положил трубку, повернулся к Гурову. — Дело на контроле у Президента. Сейчас у министра посол Азербайджана. Иду на выволочку, ты сидишь здесь, думаешь. Телефоны — на секретаря.

Гуров, волнуясь, показал находку. Орлов с недоумением повертел визитку в пальцах, поднял скучающий взгляд. За нарочитой скукой проглядывала явная растерянность.

— Что думаешь, полковник?

— Нечего тут думать... — хмуро бросил Гуров. — Министру надо докладывать. Только...

— Не тяни за ширинку. Лева.

— Попадет к министру — стухнет-сдохнет, увянет и рассохнется, — ровным голосом проговорил Гуров. — А здесь пахнет не керосином. Гнусностью здесь пахнет!

— Ну, ты уж так, сразу... — поморщился Орлов.

— Да. Сразу, товарищ генерал. Подпишите справку с красной полосой. По моей подписи спецотдел правды не откроет. А вот по вашей...

— Ты... о какой правде? — посерел Орлов.

— О той самой, вы все поняли. Человек, который кокнул генерала ФСБ Костылева, — на связи у Зотова, вот что я вам скажу! Проверяйте или лучше запишите на бумажке: агент — это тот самый афганец, Росин-Рощин. А вот зачем это все понадобилось — вопрос...

— А ты. Лева, маг и волшебник... — тихо сказал Орлов. — Заполняй, я подпишу. Проверим твои способности...

* * *

Гуров ехал в Шереметьево-2. Никаких новостей генерал Орлов от министра не принес. “Необходимо всех разогнать и набрать новых”. “Все продались и работать не хотят или не умеют”. “Позор на всю Европу!” “Дело на контроле у Самого!” Если через три дня семья посла в полном здравии не отбудет в Баку, погоны у всех снимут и пришьют к заднице!

— А почему именно три дня? Не два, не четыре, именно три? — озорно спросил Гуров и выскочил из кабинета прежде, чем Орлов успел схватить чернильницу.

Дело на контроле Президента — факт и положительный и отрицательный одновременно. Можно требовать технику и людей, что неплохо. Могут заставить ежедневно являться к чиновнику с докладом. Он ни черта в работе не понимает, дает идиотские указания и задает еще более идиотские вопросы. В самолетостроение они не лезут, в медицине не командуют, а в розыскном деле понимает каждый. Придется жертвовать временем Станислава. Он со своей идиотской улыбкой, соглашаясь с самыми противоречивыми указаниями, за несколько дней отобьет охоту к ежедневным докладам. В кругу приятелей чиновник будет с наслаждением рассказывать, какие дебилы служат в милиции. Стерпим, дело привычное.

Гуров остановил машину около зала прилета и тут же увидел Крячко:

— Ты нашел Яшу?

— Здесь. С рабочего места ни на шаг, обворуют.

— Ты сказал, что от меня?

— Сказал. Но Яша не кричал “ура”.