– Если бы он и впрямь пришел сюда мстить, то ты был бы уже мертв. Да, для Идзуны твоего представления хватило, так как он готов поверить и вцепиться в любой недостаток своего брата. Но этого недостаточно для меня.
Стас молчал, так как любое его слово, явно не пошло бы ему на пользу.
– Я пришел сюда для того, – глава клана неторопливо поднялся. – Чтобы предупредить тебя, что если с моим сыном, Идзуной, что-то внезапно случится. Какой-нибудь неожиданный несчастный случай, то первым виноватым я посчитаю именно тебя.
Уже ближе к выходу Горо повернул голову и на удивление доброжелательно добавил.
– Я уверен, что ты окажешься очень полезен клану Сумада, но всегда помни, что я тебе сегодня сказал.
С этими словами глава клана вышел, оставляя очень сильно напряженного Стаса.
Землянин очень надеялся, что больше, кроме носильщиков, его никто сегодня не побеспокоит!
Глава 23
Лежать в больничной палате оказалось на удивление скучно. Казалось бы, радуйся парень, тебя не хотят убить, обобрать или предать целых пару дней. Но человек такая тварюшка, которая умудряется привыкнуть даже к плохому.
Проблема была в том, что из-за неумения читать Ордынцеву нечего было попросить, чтобы разбавить скуку. А так как для всех, их отношения с Джишином были напряженными, то принц с Кенсеем тоже не могли проведать Стаса.
Впрочем, Стас все равно не хотел видеть эту воинственную сволочь.
С медицинскими техниками Хидэо Сумада Ордынцеву пришлось лечиться три дня. При этом целитель запретил Стасу пользоваться праной. Как оказалось, полный очаг праны заставляет излишки праны растекаться по телу, увеличивая скорость и качество регенерации.
Благо, хоть и с неохотой, но ему позволили взять с собой Левиафан. Та наотрез отказалась отпускать Стаса не пойми куда одного.
Нынешнее состояние хозяина очень огорчило змейку, поэтому она воинственно ползала вокруг больничного футона, шипя и пугая слуг. Стасу даже пришлось ее успокаивать, так как воители могли не оценить такое поведение и походя прихлопнуть излишне верную питомицу.
Нельзя обойти стороной и тот момент, что Левиафан становилась умнее. Если после попадания в этот мир, она немногим отличалась от обычных змей, по правде, далеко не самых умных живых существ, то сейчас она соответствовала скорее ребенку четырех пяти лет.
Другими словами, маленькой девочки, которая любит поиграть, иногда повредничать или, к примеру, найти себе на пятое место приключений.
Большой помощью в этом стало то, что Леви понимала человеческую речь. Точнее, она понимала именно местный язык. Попытки общаться на русском ни к чему не привели.
Это значило, что тот перенос дал знание языка не только Стасу, но и его питомице.






