ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Как жить в мире, который не знает слова «жалость»? Магическая версия мира так похожего на Феодальную Японию – может ли быть место еще более жестокое и безжалостное по своей сути? Стас Ордынцев принял правила игры и со всей своей беспощадностью ломает этот мир на свой лад. Там, где не справится сила, найдет лазейку хитрость и циничность. А уж последних у нашего героя хоть отбавляй. – Восхитительно. Я очень рада, что ты останешься, – облегченно улыбнулась ёкай. Было видно, что искреннее желание Стаса подольше с ней пообщаться, растрогало дух демонической девушки. – Давно я так приятно ни с кем не общалась. Это такое новое, неизведанное чувство, просто с кем-то говорить. В отличие от всех остальных ты меня не боишься. Да, опасаешься и находишься все время настороже, но не боишься… Носик духа забавно затрепетал, будто она старательно к чему-то принюхивалась. – К тому же, я не знаю, как это выразить, но ты какой-то другой, – девушка придвинулась вплотную. – Я никак не могу понять, – она стала настолько близко, что Стас сумел разглядеть свое отражение в этих черных бездонных глазищах. – Ты ведешь себя, говоришь и даже пахнешь как-то иначе…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

«Ничего», – успокаивал сам себя мужчина: «Скоро ты вырастишь большой-пребольшой и это я уже буду на тебе кататься. Вот тогда отольются кошке мышкины слезы».

После того, как их двоица пару раз выходила к внешней части цитадели становилось понятно, что они спускаются вниз.

– Должен предупредить, – старый целитель замедлился и неохотно повернулся к Стас. – Тот, кого я тебе представлю, далеко не самый лучший для тебя вариант. Однако других попросту нет. Когда кончится война и нагрузка снизится, то я смогу дать тебе другого сенсея. Но сейчас придется работать с тем, что есть.

– А в чем проблема? – насторожился Стас. У него возникло отчетливое чувство, что ему хотят с честными глазами спихнуть какой-то «неликвид».

– Тут так сразу и не скажешь в чем проблема, – таинственно протянул Хидэо. – Может проблема была в его отце, а может и я не досмотрел. Кто теперь уж поймет?

«Понятнее не стало».

– А вот мы и пришли. – они подошли к крепкой даже на вид двери, которую старик с ходу толкнул, входя внутрь.

– Ну что, горечь моих седин и разочарование моих глаз, делаешь на этот раз?! – способ приветствия старика заставил Стаса немного опешить.

– Дедушка?! – в глубине помещения кто-то обо что-то ударился и это что-то со звоном упало и разбилось. Послышалось шипение и еле слышимые проклятия.

– Дедушка-дедушка, – проворчал старый целитель. – Хоть иногда я в этом и сомневаюсь. Ну вот как у моего сына мог получится такой вот внук?! Скажи честно, что ты мне не родной, и я тебя даже прощу!

Стас, закрыв за собой дверь, вошел внутрь и огляделся, после чего удивленно распахнул глаза.

Помещение было широким, с низкими, серыми потолками. Но в отличие от коридоров, здесь горели самые настоящие масляные фонари, развешанные как на стенах, так и на крюках над какими-то из столов.

Часть из мебели была расположена вдоль стен и на ней стояли десятки глиняных сосудов и амфор. Более того, среди них попадались и изделия из мутного стекла в виде колбочек и грубоватых змеевиков.

Имелись и шкафы с рядами свитков или просто наваленных в кучу бумаг.

Да это же лаборатория. Примитивная, конечно, но лаборатория! Получается, внук Хидэо, кто-то вроде алхимика или ученого? Так почему он зовет его разочарованием?

Имелось и то, что раздражало педантичную натуру Ордынцева до глубины души – беспорядок.

Последний был отдельной темой для разговора. Одного взгляда на все творившееся вокруг непотребство хватало, чтобы понять, что организованность совершенно не про хозяина этого богатства.

О чем и не преминул заметить аж надувшийся от злости Хидэо.