ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Как жить в мире, который не знает слова «жалость»? Магическая версия мира так похожего на Феодальную Японию – может ли быть место еще более жестокое и безжалостное по своей сути? Стас Ордынцев принял правила игры и со всей своей беспощадностью ломает этот мир на свой лад. Там, где не справится сила, найдет лазейку хитрость и циничность. А уж последних у нашего героя хоть отбавляй. – Восхитительно. Я очень рада, что ты останешься, – облегченно улыбнулась ёкай. Было видно, что искреннее желание Стаса подольше с ней пообщаться, растрогало дух демонической девушки. – Давно я так приятно ни с кем не общалась. Это такое новое, неизведанное чувство, просто с кем-то говорить. В отличие от всех остальных ты меня не боишься. Да, опасаешься и находишься все время настороже, но не боишься… Носик духа забавно затрепетал, будто она старательно к чему-то принюхивалась. – К тому же, я не знаю, как это выразить, но ты какой-то другой, – девушка придвинулась вплотную. – Я никак не могу понять, – она стала настолько близко, что Стас сумел разглядеть свое отражение в этих черных бездонных глазищах. – Ты ведешь себя, говоришь и даже пахнешь как-то иначе…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Однако если ты будешь тренировать это свое недо-ускорение, то рискуешь никогда не научится делать его нормально. Твое тело намертво запомнит неправильную технику.

– Я понял. – уверенно кивнул Стас, восприняв совет Сумада максимально серьезно. Он не собирался совершать таких глупых ошибок в самом начале своего пути.

– А сейчас мы с тобой начнем изучать первую и простейшую технику управления праной. И хоть она и простейшая, но ее важность сложно преувеличить, – когда Сумада начинал что-то рассказывать, то он невольно принимал вид старого опытного мастера Кунг-Фу. Оставалось добавить ему длинную белую бородку, вручить в руки трость и образ был бы окончательно завершен.

Не трудно было понять, что он подсознательно копировал своего учителя, который его как раз и обучал премудростям владения праны.

– Я говорю про технику усиления тела. Именно от нее в большинстве случаев и зависит выживет ли воитель и сможет ли он вернуться назад к своей семьей и клану. Стихийные техники, как бы быстры они не были, все же требуют какого-то времени на достижение цели. А это значит, что всегда есть возможность увидеть опасность и увернуться.

– Джишин, – Стас привлек внимание и нахмурился, почувствовав странность. – Получается человек может обучаться и ускорению праны и усиления тела одновременно?

– Обычно так не делают, – все же объяснил Джишин, хоть по его лицу и было видно, что вопросы Ордынцева его раздражают. – Но у нас не так много времени. Если мы все же сумеем привести твой план в действие, то ты обязан к тому моменту уметь хоть что-то. Иначе клан может не оценить моих действий по твоему обучению.

«И грохнут тебя, чтобы знания не доставались кому-то, кто не смог даже частично их освоить». – мысленно продолжил Ордынцев ту часть, которую принц предпочел не озвучивать.

Джишин не пытался его пугать, но по небольшим оговоркам и намекам, становилось понятно, что клан Сумада это еще тот змеиный клубок, где малейшая слабость расценивается, как приглашение вцепиться в глотку.

«Веселое место, этот ваш дружный клан Сумада».

– А теперь коль ты не собираешься больше мне мешать, я продолжу. Усиление тела и ускорение праны – это два столпа, на котором стоят мастера боевых искусств. Последние по разным причинам предпочли сконцентрироваться на освоении и развитии своих тел, а не на стихийных преобразованиях. Впрочем, никто не запрещает опытному воителю быть мастером как боевых искусств, так и каких-нибудь стихий.

Принц взял чашку с чаем и промочил горло. Их разговор проходил в покоях принца и Сумада решил устроить небольшую чайную церемонию. Слуги же расторопно принесли все необходимое.

Тут же отметился изменившийся статус Ордынцева.