ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Брак юных Натана Уинчестера и Сары Сент-Джеймс был заключен по приказу короля, решившего навеки связать родственными узами два враждующих клана. Ему было четырнадцать лет, ей – …. Но сразу же после свадьбы супруги разъехались… чтобы встретиться лишь четырнадцать лет спустя. Англия, 1802 год Прибывшие на свадьбу гости непременно должны перебить друг друга. Для Оливера Лоуренса это само собой разумелось, вопрос был только во времени. Безусловно, барон Оливер Лоуренс предпринял все меры предосторожности, ведь именно его замок был избран королем Георгом для совершения брачной церемонии. До прибытия его величества барон исполнял обязанности хозяина дома. И делал он это с тем же удовольствием, с каким подвергся бы трехдневной порке. Но приказ исходил от короля, и Лоуренс, человек преданный и законопослушный, беспрекословно повиновался. Оба семейства. Уинчестеры и бунтовщики Сент-Джеймсы горячо протестовали против его назначения. Но поднятый ими шум не имел серьезных последствий, поскольку король решил поступить по-своему. Барон Лоуренс хорошо понимал, что стояло за чтим повелением короля. К несчастью, он был единственным человеком в Англии, который поддерживал отношения как с семейством невесты, так и с семейством жениха.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сара молила Бога дать ей силы, гибель тетушки Норы она никогда не простила бы себе.

Ужасающая ситуация, в которой оказалась Сара, Превратила ее жизнь за эти две недели в бесконечный кошмар. Каждый раз, когда она слышала звонок в дверь, ей казалось, что вот сейчас войдут какие-то люди и скажут, что найдено тело ее тети. Наконец ее беспокойство стало граничить с безумием, и она поняла, что нельзя ждать больше ни одной секунды. Преданный ей слуга все же выяснил, куда эти негодяи упрятали тетю Нору. До тех пор, пока не будут найдены более подходящая для задуманного дела отдаленная резиденция и надежная охрана, благородную женщину заперли на чердаке городского дома дяди Генри. Потом, после соответствующей обработки, ее предполагалось поместить в один из домов для душевнобольных, а ее наследство, довольно лакомый кусочек, поровну разделить между всеми участниками этой сделки.

– Кровожадные пиявки! – ругалась перепуганная и опечаленная Сара.

Ее руки дрожали, когда она закрывала замок своей дорожной сумки. Успокаивая себя, Она решила, что дрожит от гнева, а не от страха. Постоянно возвращаясь в мыслях к тому, что сейчас переживала ее несчастная тетка, она просто захлебывалась от наполняющей ее ярости.

Чтобы успокоиться, она глубоко вздохнула. Девушка подтащила сумку с одеждой к окну и сбросила ее на землю.

– Это последняя, Николас. Теперь поспеши, пока никто не вернулся. Бог в помощь, дружище.

Слуга подхватил последнюю сумку и бросился к ожидавшему экипажу. Сара закрыла окно, задула свечу и бросилась в постель.

Было почти двенадцать, когда ее родители и сестра Белинда вернулись домой с очередного приема. Услышав в коридоре шаги, Сара перевернулась на живот, закрыла глаза и притворилась спящей. Через мгновение она услышала, как скрипнула приоткрываемая дверь. Она знала, что это ее отец проверяет, на месте ли его дочь. Саре показалось, что прошла целая вечность, прежде чем дверь закрылась.

Она выждала еще около двадцати минут, чтобы домашние отправились по своим спальням. Выскользнув из-под одеяла и вытащив приготовленные для такого случая вещи, она тихонько начала одеваться. Так как у нее не было ничего черного, она выбрала свое старое платье для прогулок темно-синего цвета. Вырез на нем был, пожалуй, несколько неподходящим для задуманного мероприятия, но сейчас ей было уже не до фасона одежды. Кроме того, есть еще и накидка, которая все это прикроет. У нее не было времени, чтобы уложить волосы, и она ограничилась тем, что перевязала их лентой, чтобы они не мешали.

Положив на туалетный столик письмо для матери, она завернула в накидку зонтик, белые перчатки и ридикюль. Все это она выбросила из окна, затем сама выбралась на карниз.