Уинстон затрясся от ярости.
– Я никогда не был предателем по отношению к королю, – заявил он и уставился на принца-регента. – Когда каждый второй государственный деятель поднял вас на смех, я твердо стоял на вашей стороне. Бог мой, я даже тогда поддерживал вас, когда вы хотели избавиться от вашей жены. И вот как вы отплатили мне за мою преданность.
Лицо принца побагровело. Всем присутствующим было понятно, что упоминание о его непопулярности или попытке избавиться от жены было ему неприятно. Свирепо глядя на Уинстона, он покачал головой.
– Как смеете вы так дерзко говорить со своим принцем – регентом ?
Уинстон понял, что зашел слишком далеко.
– Прошу прощения, милорд, – поспешно произнес он. – Я просто отчаянно пытаюсь помочь своей дочери. Маркиз Сент-Джеймс совсем ей не пара.
Принц глубоко вздохнул. Цвет его лица еще оставался прежним, но голос немного потеплел. Он сказал:
– Я с вами не согласен. Меня никогда особо не интересовали военные дела, потому что всегда навевали необыкновенную скуку. Но раз мне пришлось ознакомиться с делом отца Натана, я попросил сэра Ричардса принести мне и дело сына. Натан за грехи отца не отвечает. Никто не должен отвечать за другого. – Его голос повысился на октаву, когда он продолжил:
– В противном случае мои подданные могли бы возложить на меня вину за плачевное состояние ума моего отца, не так ли?
– Но они не считают, что вы несете ответственность за его болезнь, – уверил его Уинстон.
Принц кивнул.
– Совершенно справедливо, – заметил он. – И я не считаю Натана ответственным за ошибки его отца. Нет, маркиз не несет никакой ответственности, – повторил он утомленным голосом. – Но даже если бы и было так, то своими героическими деяниями на благо Англии и короля он уже много раз доказал свою верность. Если бы можно было рассекретить все тайны, то за свои геройские дела он давно был бы посвящен в сан рыцаря. Между прочим, мне говорили, что граф Кейнвуд заслуживает не меньшего признания. Чтение личных дел отняло у меня целый вечер, Уинстон, но теперь я могу сказать, зная все факты, что даже находиться с этими выдающимися и преданными людьми в одной комнате для меня большая честь.
В течение минуты никто не произнес ни слова. Натан чувствовал, как дрожит Сара. Он заметил, что она не спускает глаз с отца. Ему хотелось сказать ей, что теперь все будет в порядке и этот человек никогда уже не сможет запугивать ее.
Принц снова заговорил:
– Обнародовать сведения о Натане и его родственнике сэр Ричардс не разрешает, и перед его мудростью в этом деле я склоняю голову. Я выражаю сердечную благодарность этим людям. К сожалению, это все, что я могу. А теперь я хотел бы заключить сделку с вами, – сказал он, и его взгляд остановился на руководителе военного ведомства.






