ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Брак юных Натана Уинчестера и Сары Сент-Джеймс был заключен по приказу короля, решившего навеки связать родственными узами два враждующих клана. Ему было четырнадцать лет, ей – …. Но сразу же после свадьбы супруги разъехались… чтобы встретиться лишь четырнадцать лет спустя. Англия, 1802 год Прибывшие на свадьбу гости непременно должны перебить друг друга. Для Оливера Лоуренса это само собой разумелось, вопрос был только во времени. Безусловно, барон Оливер Лоуренс предпринял все меры предосторожности, ведь именно его замок был избран королем Георгом для совершения брачной церемонии. До прибытия его величества барон исполнял обязанности хозяина дома. И делал он это с тем же удовольствием, с каким подвергся бы трехдневной порке. Но приказ исходил от короля, и Лоуренс, человек преданный и законопослушный, беспрекословно повиновался. Оба семейства. Уинчестеры и бунтовщики Сент-Джеймсы горячо протестовали против его назначения. Но поднятый ими шум не имел серьезных последствий, поскольку король решил поступить по-своему. Барон Лоуренс хорошо понимал, что стояло за чтим повелением короля. К несчастью, он был единственным человеком в Англии, который поддерживал отношения как с семейством невесты, так и с семейством жениха.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Натан оказался как раз позади них. Он был уверен, что они слышали его приближение, и замер в ожидании. Как только они обернулись, он мгновенно сшиб их лбами.

Отшвырнув их, как мешки с отбросами, в тень аллеи, Натан больше не спускал с Сары глаз. Про себя он подумал, что стоило бы запретить законом ходить так, как шла его невеста. Очень уж соблазнительно было каждое движение ее бедер. Неожиданно впереди он увидел в тени какое-то новое движение. Сент-Джеймс бросился вперед, чтобы оградить Сару от надвигавшейся опасности. Она как раз свернула за другой угол, когда огромный кулак маркиза свернул челюсть ее предполагаемому обидчику.

Прежде чем Сара сумела достигнуть своей цели, ему еще раз пришлось выступить в роли ее защитника. И теперь, когда она, остановившись у ступеней дома Генри Уинчестера, смотрела на темные окна его резиденции, Натан понял, что Сара зачем-то собирается навестить своего дядю.

Из всех родственников Сары репутация дядюшки Генри была самой неутешительной. Натан не мог найти никакого объяснения, зачем понадобилось Саре в столь неподходящее время наносить визит этому прожженному сукину сыну.

Сара тихонько подкралась к боковому крылу резиденции, и тут Натан понял, что ее приход никак нельзя считать визитом. Он последовал за ней и затаился у боковой калитки, чтобы не допустить новых неприятных неожиданностей. Скрестив могучие руки на груди и слегка расслабившись, он молча наблюдал, как Сара продирается сквозь кустарник к окну и пытается открыть его, чтобы проникнуть в дом.

На его взгляд, это было самое забавное и нелепое вторжение из всех, что он повидал на своем веку.

Раму окна она поднимала не менее десяти минут, но в конце концов ее усилия увенчались победой. Теперь Сара влезла на подоконник, но при этом разорвала подол своего плаща, зацепившись за какой-то выступ. Натан услышал ее досадливый возглас, и увидел, как она обернулась, чтобы взглянуть, что приключилось с ее одеждой. И пока Сара растерянно взирала на порванный плащ, рама вновь плавно опустилась.

Натан с ухмылкой размышлял, что, будь у юной леди с собой иголка и нитка, она непременно уселась бы прямо здесь, у кустов, приводить в порядок свою одежду.

Но иголки, к счастью, не было, и Сара вновь вернулась к цели своего визита. Самым разумным она сочла подпереть раму окна своим зонтиком, но прежде чем прыгнуть на подоконник, зачем-то поправила шнурки своего ридикюля, завязанные вокруг запястья. И, наконец, с третьей попытки ей удалось проникнуть в окно. Влезать в него оказалось тем не менее легче, чем выбираться назад. Ей пришлось затратить на обратный путь гораздо больше усилий, прежде чем она преуспела в этом деле. Вид у нее при этом не отличался изяществом.