ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

После катастрофы Отец и Сын идут через выжженные земли, пересекая континент. Всю книгу пронизывают глубокие, ранящие в самое сердце вопросы. Есть ли смысл жить, если будущего – нет? Вообще нет. Есть ли смысл жить ради детей? Это роман о том, что все в жизни относительно, что такие понятия, как добро и зло, в определенных условиях перестают работать и теряют смысл. Это роман о том, что действительно важно в жизни, и о том, как это ценить. И это также роман о смерти, о том, что все когда-нибудь кончается, и поэтому нужно каждый день принимать таким, какой есть. Нужно просто… жить.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сказал:

– Не знаю, для чего мы все это делаем.

Отец открыл рот, чтобы ответить, но так и не нашелся что сказать. Потом добавил:

– Есть другие люди, сам убедишься. Люди есть, и мы их обязательно отыщем. Вот увидишь.

Приготовил ужин, пока мальчик играл в песке. У него была лопатка, сделанная из баночной крышки, и с ее помощью он построил маленькую деревню. Прочертил улицы. Отец подошел, присел и стал разглядывать. Мальчик взглянул на него снизу вверх.

– Океан все равно разрушит, правда?

– Да.

– Ну и ладно.

– Можешь написать буквы алфавита?

– Написать-то я могу…

– Мы с тобой больше не занимаемся.

– Угу.

– На песке можешь что-нибудь написать?

– А что, если мы напишем письмо хорошим людям? Пускай, если пройдут мимо, узнают, что мы здесь были. Только надо написать повыше, там, где водой не смоет.

– А что, если плохие увидят?

– Ну… Да.

– Зря я это сказал. Давай напишем им письмо.

Мальчик покачал головой:

– Не-е, не надо.

Зарядил сигнальный пистолет, и как только стемнело, они отошли подальше от костра, и он спросил, не хочет ли мальчик выстрелить сам.

– Стреляй ты, пап. Ты же знаешь, как правильно.

– Хорошо.

Поднял пистолет, и прицелился в залив, и нажал курок. Ракета с шипением дугой разрезала темноту, а потом взорвалась над водой в скоплении облаков и повисла там. Искрящиеся щупальца горящего магния медленно падали из темноты, в их свете стало видно, как набегает на берег волна и потом возвращается в океан. Посмотрел на поднятое вверх лицо ребенка.

– Ее с большого расстояния не разглядеть? Правда, пап?

– Кому не разглядеть?

– Никому.

– Нет, только вблизи.

– Ну, если бы хотел сообщить, где ты находишься.

– Ты про хороших говоришь?

– Да. Любому, кому, по-твоему, необходимо знать, где мы находимся.

– Кому, например?

– Я не знаю.

– Может, Богу?

– Угу, например, ему.

Утром разжег костер и решил пройтись по берегу, пока мальчик спит. Ушел совсем недалеко, и вдруг ему стало не по себе от странного предчувствия, а когда повернул назад, то увидел, что мальчик стоит на пляже, завернувшись в одеяло, и ждет его. Прибавил шаг, а когда подошел к нему, мальчик устало присел.

– Что с тобой? Да что с тобой?

– Я что-то плохо себя чувствую, пап.

Приложил руку ко лбу сына – горячий, как печка. Поднял, понес к костру.

– Ничего, ничего. Выздоровеем.

– Меня, кажется, сейчас стошнит.

– Ничего.

Уселся на песок рядом с сыном и придерживал его за лоб, пока ребенка рвало. Вытер ему рот рукой. Мальчик прошептал:

– Извини.

– Ш-ш-ш, ты ничего плохого не сделал.

Отнес его к стоянке и укрыл одеялами. Попробовал напоить. Подкинул дров в огонь и наклонился, чтобы пощупать лоб. Успокаивал:

– Все будет хорошо. – А сам был в ужасе.

– Не уходи.

– Конечно, я никуда не уйду.

– Даже ненадолго.

– Нет. Я здесь, рядышком.

– Хорошо, папа.