Сняв с «монолитовца» гранатомёт, лидер приготовил оружие к бою и стал искать удобное место.
— Следи, — предупредил Клинч, направляя вертолёт левее. — Гранатомётчик побежал на голос командира. Сейчас наш генерал себя покажет.
Человек в шлеме проверил винтовку и занял позицию у закрытой боковой двери кабины.
«Тайкун» не торопясь пролетел через облако пыли. Сверкнув на солнце острой кабиной, вертолёт чуть сменил траекторию.
— Так, Консул, полная готовность! — громко сказал Клинч. — Мы будем мишенью размером пять на пятнадцать. Не подведи.
Рубин нервозно зашевелился, но не произнёс ни слова.
Севший на колено в кустах Эрагон припал к прицелу гранатомёта, ловя момент. Вертолёт висел прямо перед ним, вызывающе шумя лопастями, словно не имел отношения к случившемуся обстрелу. Немного поводив носом по сторонам, «вертушка» развернулась боком.
В ярости спустив снаряд, Эрагон заметил, что вертолёт взлетел чуть повыше с небольшим упреждением. В этот момент дверь кабины открылась, и в проёме возник снайпер в шлеме.
Дёрнувшись в сторону, лидер «Монолита» почувствовал острую боль в левой части головы. Он взвыл от приступа боли, выронил опустевший гранатомёт и схватился за то, что осталось от его уха.
— Отлично! — сказал Клинч, тут же уводя машину в сторону.
— Может, стоит добить? — предложил Рубин, перекрикивая ветер.
— Да. Консул, десантируйся. Я не сяду, пока не будет тихо.
Человек в шлеме поднял широкое сиденье, вытащил «Абакан», закинул за спину, добавил пару рожков в карманы разгрузки. Пристегнул карабин бортового троса к пряжке на поясе, закрепил страховочный фал. Конец троса упал вниз, шелестя по земле. Схватившись за «сур», Консул заскользил вниз, переориентируясь в пространстве. Когда он добрался до земли, то уже психологически не являлся частью экипажа вертолёта — он был один на вражеской территории. Консул отстегнул карабин и фал, извлёк автомат из-за спины.
Клинч ударил по кнопке над головой — трос начал сматываться обратно.
— Зачем ты послал его? — спросил Рубин, следя за Консулом. — Зачистил бы с воздуха.
— Ему пешком топать до Припяти, — ответил Клинч. — Пусть не всю дистанцию, но самую сложную часть. А если карта ляжет, то и полностью. Если не сумеет навести порядок сейчас, то он в этом деле не нужен вообще.
— Майор, не гони волну. Без него нам не справиться.
Кунченко немного повернул кабину относительно оси.
— Знаю, Рубин, — подтвердил он. — Но я хочу быть в нём уверен. Иначе не пойдёт.
Консул бегом добрался до относительно безопасного участка — бетонной будки, за которой затаился, произведя молниеносный анализ ситуации. Для него было очевидно, что «Тайкун» нарочно остался над местом боя, чтобы выманить новых потенциальных гранатомётчиков, перенаправить их внимание на себя.






