ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Астронавт Эмма Уотсон принимает участие в программе биологических исследований на борту Международной космической станции. Неожиданно на станции начинает происходить нечто необъяснимое. Один за другим члены команды погибают, сраженные неизвестной болезнью. Все попытки найти средство излечения тщетны. Эмма понимает, что нельзя подвергать жителей Земли этой опасности, а значит, о возвращении домой нужно забыть. Похоже, спасения нет… Tess Gerritsen GRAVITY Copyright © 1999 by Tess Gerritsen © В. Бабенко, перевод, 2015 © Издание на русском языке. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2015 Издательство АЗБУКА® Благодарности Я не смогла бы написать эту книгу без великодушной помощи сотрудников НАСА. От всего сердца хотелось бы поблагодарить: Элла Кэмпиона (отдел по связям с общественностью НАСА) – за потрясающую экскурсию по Космическому центру имени Джонсона; руководителей полетов Марка Киразича (МКС) и Уэйна Хейла (шаттлы) – за то, что объяснили, в чем состоят их сложные функции; Неда Пенли – за рассказ о процессе отбора полезной нагрузки; Джона Хупера – за то, что познакомил меня с новой модификацией корабля аварийного спасения; Джима Рейтера (Центр космических полетов имени Маршалла) – за то, что растолковал мне, как на МКС работает система регулирования окружающей среды и обеспечения жизнедеятельности;

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– МКС вышла на связь! МКС на связи!

«МКС? Значит, кто-то остался на борту. Они оставили там кого-то».

Джек прикрыл наушники руками и вслушался в голос со станции.

Это была Эмма.

– Хьюстон, это Уотсон, МКС. Астронавт Эймс не заражен. Повторяю, он не заражен. Он единственный член экипажа, возвращающийся на спускаемом аппарате. Настоятельно прошу вас позволить аппарату приземлиться.

– Вас понял, МКС, – ответил Капком.

– Видите? Нет причины сбивать аппарат, – сказал Эллис Грегориану. – Остановите запуск вашего перехватчика!

– Откуда нам знать, правду ли говорит Уотсон, – возразил Грегориан.

– Она наверняка говорит правду. Зачем тогда ей оставаться на станции? Она лишила себя возможности вернуться. КАС – единственный спускаемый аппарат на борту МКС!

Услышав это, Джек потерял дар речи. Нервный разговор между Эллисом и Грегорианом перестал его интересовать. Джека больше не волновала судьба спускаемого аппарата. Он мог думать только об Эмме, которая теперь была одна на станции без всякой возможности эвакуироваться.

«Она знает, что заболела. Она осталась умирать».

– КАС закончил сход с орбиты. Он спускается. Траектория на переднем экране.

Корабль аварийного спасения с одним пассажиром на борту появился на карте мира в виде маленького пятнышка. Теперь они могли связаться с ним.

– Это астронавт Лютер Эймс. Я приближаюсь к входной высоте, все системы работают нормально.

Офицер посмотрел на Грегориана:

– Мы готовы запустить ЗП.

– Не нужно, – возразил Вуди Эллис. – Он не болен. Мы можем принять его!

– Возможно, заражен сам аппарат, – настаивал Грегориан.

– Вы не можете этого знать!

– Я не могу это исключать. Я не могу рисковать жизнями людей на Земле.

– Черт возьми, но это же убийство!

– Он не подчинился приказу. Он знал, как мы на это отреагируем.

Грегориан кивнул офицеру.

– ЗП запущен, сэр, – ответил офицер.

Мгновенно в комнате стало тихо. Вуди Эллис, бледный и трясущийся, пристально смотрел на передний экран, на множество траекторий, перекрещивающихся в одной точке.

Минуты проходили в мертвой тишине. В передней части зала тихо плакали женщины-операторы.

– Хьюстон, я приближаюсь к границе вхождения. – Бодрый голос Лютера, раздавшийся в наушниках, повергал присутствовавших в шок. – Буду весьма благодарен, если кто-нибудь встретит меня на Земле, – мне понадобится помощь, чтобы выбраться из скафандра.

Никто не ответил. Не нашел сил это сделать.

– Хьюстон! – произнес Лютер после секундной тишины. – Эй, где вы там?

Наконец Капком собрался с духом и срывающимся голосом ответил:

– Э-э-э… вас понял. Старина Лютер, встретим тебя с бочонком пива, танцовщицами и все такое…

– Эй, да вы, ребята, наконец разговорились. Ладно, похоже, я выхожу из зоны действия сигнала.