ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Журналистка Уэнди Тайнс уверена: социальный работник Дэн Мерсер — растлитель девушек-подростков, а если доказательств для его разоблачения не хватает, значит, надо их найти. Однако что-то в задуманной Уэнди операции идет не так. Сначала Мерсера убивают, а тело его исчезает. Уэнди начинает собственное расследование… Я знал: открою эту красную дверь — и мне конец. Понимаю: сказано драматично, зловеще. Сам не люблю театральщины. Да и не было в красной двери ничего особо жуткого — дверь как дверь, совершенно обычная, деревянная, четыре филенки, выцветшая краска, на уровне груди молоточек, которым никто никогда не стучит, и круглая фальш-ручка. В любом пригороде у трех домов из четырех такие двери. Но в слабых отсветах далекого фонаря я никак не мог отогнать дурное предчувствие. Каждый шаг давался с трудом, будто я шел по застывающему цементу. Каким-то непостижимым образом я реагировал на подспудную угрозу. Холодок по спине? Есть такое. Волоски на руках дыбом? Угу. Покалывание пониже затылка? Разумеется. Внутри царила кромешная тьма. Дом был чересчур безликим, чересчур неприметным, к тому же стоял на отшибе в самом тупике, словно окопался в темноте, прячась от незваных гостей.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вряд ли Дженна с Ноэлем зарегистрируются под вымышленными именами.

Попросили произнести по буквам. Уэнди повторила.

— Таких у нас нет.

Потом она набрала Парамус, снова спросила Уилеров и через три секунды услышала:

— Подождите, соединяю.

Есть.

После третьего гудка ответила Дженна:

— Алло?

Уэнди положила трубку и пошла за машиной. До «Мариотт Корт-Ярд» всего десять минут езды, а такие разговоры лучше вести лично. Подъезжая к гостинице, она вновь набрала нужный номер.

— Алло? — Теперь голос Дженны звучал настороженно.

— Это Уэнди Тайнс.

— Чего вы хотите?

— Встретиться.

— А я не хочу.

— Я не собираюсь вредить вам или вашей семье.

— Тогда оставьте нас в покое.

Уэнди уже сворачивала на гостиничную парковку.

— Извините, не выйдет.

— Мне нечего вам сказать.

— Очень жаль. — Свободное место было найдено, мотор заглушен. — Спускайтесь. Я в холле. Все равно ведь дождусь.

«Мариотт Корт-Ярд» в Парамусе стоял в живописном месте у пересечения семнадцатого шоссе и трассы «Гарден-стейт». Окна одних номеров выходили на магазин электроники «П.К. Ричард», другие — на глухую стену оптовой базы «Симс», украшенную лозунгом «Лучший покупатель — образованный покупатель».

Совсем не курортное местечко.

Уэнди вошла внутрь и стала ждать в холле среди целого моря бежевых стен, оттененных блекло-зеленым ковром, среди преснейших оттенков и цветов настолько понятных, что те разве только не кричали: отель приличный, но роскоши не ждите. На кофейном столике вразброс лежали номера «Ю-эс-эй тудей». Уэнди взглянула на заголовок и открыла страницу с опросом читателей.

Пять минут спустя появилась Дженна в мешковатой толстовке. И без того заметные скулы казались опасно острыми из-за волос, туго утянутых в хвост.

— Позлорадствовать приехали?

— Да, именно позлорадствовать. Сижу это утром, думаю о мертвой девушке из леса и понимаю: хочется чего-то приятного — то ли глазури с тортика, то ли позлорадствовать. И вот приехала. Сейчас оторвусь, а потом пойду щенков душить.

Дженна присела.

— Извините, зря набросилась.

Уэнди вспомнила вчерашний вечер, бессмысленное собрание, отсутствие на нем Уилеров, представила, как им, наверное, хотелось прийти.

— И вы меня. Наверное, вам очень непросто.

— Знаете, каждый раз, когда начинаю себя жалеть, думаю о Тэде и Марше. Понимаете?

— Да.

Помолчали.

— Слышала, переезжаете?

— От кого слышали?

— Городок у нас маленький.

Дженна безрадостно улыбнулась:

— А какой не маленький?.. Переезжаем. Ноэля зовут главой отделения хирургии сердца в Мемориальную больницу Цинциннати.

— Быстро нашел место.

— Он очень хороший специалист. На самом деле мы решили уже несколько месяцев назад.

— Когда стали защищать Дэна?

Дженна снова изобразила улыбку.